В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
— Ты не поверил в честность моих намерений?
— Ни на секунду, — хмыкнул Питер. — Но мне нравится, когда ты рядом…
Его ладонь накрыла мою руку и слегка сжала.
Только когда мы скрылись от любопытных глаз в тени беседки, я отпустила его руку и сразу же отошла в сторону.
— Кое-что произошло, — издалека начала я. — И ты должен об этом знать.
— Ты рассказала главе о произошедшем?
— Нет. А ты?
— Нет, я же обещал, что помогу тебе выкрутиться.
— Это будет сложнее, чем ты думаешь.
— Что ты имеешь в виду? — тут же насторожился Питер.
— Случилось нечто важное, — уклончиво ответила я, присаживаясь на одну из скамеек.
— Когда? Вчера? Твоя матушка что-то заподозрила?
— Нет, дело в Хоторне."
"Оказывается, это сложно — взять и во всем признаться. Особенно когда знаешь, что неправа и совершила глупость.
— Я встретила его сегодня утром.
— Хоторна? — уточнил Питер, наблюдая за мной.
— Да.
Смотреть на него было тяжело, поэтому я сделала вид, что изучаю узор на подоле своего платья.
— И где же ты его встретила?
— Сегодня на пляже.
«…и завтракали… а еще разговаривали…»
— Что вы делали? — переспросил Питер.
Я его прекрасно понимала, сама с трудом верила в то, что произошедшее утром мне не приснилось.
— Купались. Это вышло случайно. Я пошла на пляж рано утром, и он тоже решил искупаться в одиночестве. Мы встретились, и… вот. Ну не стала бы я от него убегать с криком: «Спасите, помогите!» — это выглядело бы странно.
— Ты могла бы просто уйти.
Я все-таки рискнула взглянуть на бывшего жениха.
Не злился, скорее был встревожен, пытаясь понять, чем произошедшее может обернуться для нас обоих.
— Нет, не могла. Я уже нырнула, а он только вынырнул… — Чем больше я говорила, тем больше путалась. Поэтому и закончила быстро: — Все сложно, Питер.
— Ты ему сказала, кто ты?
— Нет, конечно. Для Хоторна я твоя невеста и мы любим друг друга.
Мужчина удовлетворенно кивнул и даже слегка расслабился. По крайней мере, складка меж бровей разгладилась, а уголки губ приподнялись.
— Если так, то почему ты так переживаешь?
— А ты не понимаешь? — Я поднялась и принялась ходить по беседке туда-сюда. — Все слишком запуталось. Мы… я погрязла в этой лжи и теперь не знаю, как выпутываться. Что будет, когда встретимся? Когда Хоторн узнает, что я его жена и все это время лгала, притворяясь другой?
— Рано еще об этом думать, Айрин.
Я тихо и нервно рассмеялась:
— Рано? Осталось всего несколько месяцев до моего совершеннолетия.
