Привязанность к новой спутнице начинается с тренировок, где главный герой разминает свои мысли о неожиданном приглашении из университета. Страх и растерянность накрывают его, но он готовится стать мужем и моралистом одновременно.
Есть ловушки, которые обычно отключены, но кто знает? Вдруг что-то сработает? Да и кинжал этот…
— Ты говорил, что это чья-то тупая шутка, — напомнила истинная.
— Может так, а может и нет.
Я взял многозначительную паузу в надежде, что Илиена проникнется, но леди, видимо, возомнила себя бессмертной. Более того, мне вдруг выкатили:
— Лекс, ты ведь знаешь какой у меня дар?
Разумеется мне сказали. Как и про то, что магия невесты не оправдала ожиданий.
— И как часто ты видишь будущее, Илиена?
— Уж что, а предупреждение о собственной смерти не пропущу, — буркнула она.
Отличная попытка. Но!
— Я не горю желанием проверять эту версию. В академии ты под моим присмотром и моей защитой. Поэтому…
— Я не ребёнок, Лекс! — воскликнула Илиена возмущённо.
Она остановилась, круто развернулась и ткнула в мою грудь пальцем. Хотелось сохранить серьёзность, но этот «аргумент» рассмешил.
А ещё, стоило заглянуть в глаза, как меня накрыла тугая, горячая волна. Сердце вдруг застучало быстрее, в теле появилось характерное напряжение.
Я её хотел. Это было отлично, если вспомнить, что мы вот-вот поженимся. И не очень хорошо, учитывая тот факт, что первая брачная ночь не прямо сейчас.
В горле пересохло, руки сами потянулись к тонкой талии. Раньше, чем Илиена успела мяукнуть, я прижал девушку к себе. Истинная упёрлась ладонями в мою грудь, и это сопротивление лишь усилило пожар.
Прекрасно понимая, что делаю, я наклонился и потянулся к губам.
— Лекс! — воинственно прошипела она."
"Илиена попыталась отпрянуть, но я был сильнее.
Разумеется, я мог запустить пальцы в её волосы, зафиксировать голову, но…
— А ну-ка отпусти! Ты что творишь? — вновь зашипел истинная.
Я мог ответить. Мог объяснить, что схожу с ума с того момента, как увидел её во дворе академии. Что у меня в глазах темнеет при одной только мысли о её губах. И что терпение — отнюдь не главная добродетель мужчин.
Ещё я мог напомнить, что мы всё равно поженимся. Раз так, то зачем медлить? Но я поступил умней…
Чуть ослабив хватку, я улыбнулся и произнёс:
— Ну что ты?
— Что я⁈
В мою ногу впечатался каблук — не больно, но неприятно.
А ещё тон этот рассерженный… Будто и не невеста вовсе, а так.
— Илиена… — я вложил в голос всё своё тепло. Точно знаю, что прозвучало обворожительно, но упрямица устояла.
— Пусти меня немедленно! — Снова шипение. — Пусти и больше так не делай!
И опять — я хотел поспорить. Убедить и объяснить.
