Привязанность к новой спутнице начинается с тренировок, где главный герой разминает свои мысли о неожиданном приглашении из университета. Страх и растерянность накрывают его, но он готовится стать мужем и моралистом одновременно.
Или он вообще никогда своей истинной не интересовался? Мне, например, было хорошо известно, что ему двадцать два.
Ещё я знала, что жених на последнем курсе, а после академии, вероятнее всего, как и многие маги, отправится на службу. Империя обязывала, к тому же служба — это почётно. Служить предпочитали даже те, кто способен выкупить контракт.
Лекс хмыкнул с таким видом, словно перед ним малолетка, а я испытала сильное желание сказать что-нибудь колкое. Согнать с жениха спесь.
Но ссориться было глупо. Да и успеем ещё поругаться, если будет относиться ко мне в том же духе.
— Занятия.
В этот раз молодой мужчина согласился, но…
— Осваивайся и до скорой встречи, Илиена.
Двусмысленных интонаций в его голосе не различил бы только глухой.
Эх, лучше бы сидела я со своими приступами дома. Глядишь бы не померла!
Глава 2
Пронаблюдав широкую спину, которая скрывается в дверном проёме, я опустилась на кровать и крепко зажмурилась. Впечатления от жениха были своеобразные, но куда деваться? Обратного пути нет.
Дав себе несколько минут на отдых, я вновь осмотрелась — дополнительной двери, которая вела бы в уборную, не обнаружилось. Пришлось подняться и выйти в коридор.
Коридор был длинным и мрачноватым. На части дверей виделись вырезанные цифры, часть не имела никаких отметок — приоткрыв ближайшую из таких, я увидела склад постельного белья.
Уборная, как и душевые, нашлась в конце коридора. Она была общей, и я поморщилась. Я не просто не привыкла к подобному, а вообще первый раз сталкивалась.
Следующий час я разбирала чемоданы и стелила постель. Потом подошла к окну и непроизвольно застыла. Окна выходили на ту часть внутреннего двора, где прямо сейчас проходила боевая тренировка. Несколько десятков полуголых мужчин ловко махали какими-то шестами.
Это было интересно и даже красиво, но я зацепилась за другое. Я не видела лиц, разномастные макушки тоже практически не различались, но Лекса опознала легко.
Не прошло и минуты, как Лекс обернулся и, задрав голову, взглянул на окна. Тут же поплатился за это пропущенным ударом и покатился по земле.
Сочувствие? Жалость? Как ни странно, я отнеслась к промаху жениха спокойно. Он точно был из тех, кого били неоднократно, и никак по этому поводу не переживал.
Понаблюдав ещё несколько минут, я отправилась доедать прихваченные из гостиницы бутерброды, а потом отправилась на поиски учебной части.
