Прошлое начинает ясно проступать через каждое действие и слово, как при свете лунной смерти. Я была злой, но больше всего - на то, что сама себе доверяла не полностью. Несмотря ни на что, в глубинах души я понимала, что у меня есть шанс измениться.
Ему подавай дикую двухвостую виверну, которая водилась только в глубоких оврагах неподалеку от дубовых и каштановых рощ, где так много аппетитных кабанчиков."
"Обычно с королем выезжала многочисленная свита, все искусно наряженные, женщины хвастались шляпками и перчатками по последней моде, мужчины же — женщинами и оружием. Но так охотятся на лисиц или их дивных многохвостых сородичей. Только во втором случае еще и добычу удавалось получить редко. Разве что какая придворная дама через некоторое время разродится хорошеньким мальчиком с мягкими острыми ушками, или же какой королевский советник еще долго будет мечтательно улыбаться, вспоминая охоту.
Я слушала это как какую-то дикую сказку. Сначала они охотятся за себе подобными — да они бы еще за эльфами начали гоняться, ну право слово! А потом не смогли отыскать законного короля в этом, с позволения сказать, лесу!
Нет, ну что у вас тут, непроходимые чащи на пять дней пути или что? Ждали они! А самим поискать короля? Мне было его жалко.
— Да понятно всё, — буркнула эйри, которой определенно надоели наши паузы и попытки собрать в единое то, что для ее народа была простым и очевидным. — Некромант не нашел никого, кому достаточно доверял, и решил помочь юному принцу решить вопрос с отцом лично.
Я кивнула. Звучало логично. Хотя я всё равно не понимала, зачем нужно было тащить с собой юную тогда еще Барбару. Юлий надеялся под эйфорию обретения трона таки протолкнуть дочь на брак с королем? Глупо. Судя по тому, что я слышала про Флина, счастья это никому не принесло бы.
— Похоже на то, — Каньер поморщился от такой прямоты, но продолжил.
Он снова замолчал, вынуждая на этот раз меня прервать красивую и длинную паузу.
— И через сколько дней умерли вы? — знаю, опять несносная прямота. Но мне уже хотелось есть и вспотела рука, за которую цеплялась Клементина.
Каньер пожевал губу.
— Довольно быстро, — нехотя произнес он.
