Она с дочерями вместе что-то шила – даже маленькая Шарлотта плела какую-то верёвочку, надо же, умеет! Ему предложили сесть и что-нибудь рассказать. О путешествиях – попросила Аделин.
- И что же интересует великого мага? – усмехнулся Жиль.
- Не знаю. Что-нибудь необыкновенное, - вздохнула девочка.
- Расскажите о сокровищах, - улыбнулась Мадлен. – Вы ведь говорили, что искали и хотели добыть.
- О каких сокровищах? – тут же навострил ушки великий маг. – Нам нужны сокровища!
- И что великие маги будут делать с сокровищами? – поинтересовался Жиль.
- Как что? Любоваться, - сообщила Аделин. – Открывать утром тайник и смотреть.
Вот так. Открывать тайник и смотреть.
- И какое бы ты хотела сокровище?
- Красивое. А какие вообще бывают?
- Вот в том и дело, что бывают – разные.
Жиль в очередной раз рассказал занимавшую умы в последние дни историю, и попытался припомнить, о каких волшебных предметах слышал сам.
- Бывает волшебное оружие – например, как у вашего дяди Саважа. Только не вздумай хвататься – порежешься, истечёшь кровью, и никто тебя не спасёт.
О том, что супругу Саважа спасли, лучше пока не упоминать, потому что спасти-то можно и не успеть.
- А кольца? – продолжала интересоваться Аделин.
- И кольца. Мне, например, хотелось обладать кольцом, которое позволяло понимать любого человека, на каком бы языке он ни говорил и как бы ни думал.
- А это зачем? А бывает такое кольцо, которое позволит победить любого врага?
- Любого – наверное, нет. Враги бывают разные. Кого-то можно испугать, кого-то заговорить насмерть, кого-то надо непременно бить, а кого-то обязательно посадить под стражу.
- Или убить? – дева вертела в руках иголку.
Жиль вспомнил, что вчера скотина Бернард вынимал из себя какую-то иголку.
- Скажи, это ты вчера иглой сражалась?
- Не иглой, булавкой. Обычной, не магической. А что он угрожал Шарлотте! Шарлотта маленькая, никого побить сама не умеет. А я могла бы – по голове бы его стукнула, ну, как вы потом.
- Только ему бы это нисколько не помешало. Так вот, кольцо. Таким кольцом хвастался один человек – будто оно досталось ему от умирающего друга. Но он даже не был магом, и все возможности того кольца были ему неподвластны – так мы тогда думали. Мы – это я и один мой приятель, звали его Олаф, и происходил он с далёкого Севера, где полгода – день, и солнце никогда не заходит за горизонт, а полгода – ночь, и солнце никогда не показывается людям. Это он так рассказывал, я сам не видел.