В этом жутковатом боевике вы встретите усталого милиционера, который решает проблему отсутствием сна. Его задача: дать звонкую пощечину гнусной пернатой созданию к полудню. Но начинается все еще хуже – он просыпается снова в полночь, нарушает режим работы и должен быть готов ко всему: будь то скандал или внезапный звонок по утрам....
А наш старательный умник с абсолютно невозмутимой рожей честно объяснял сложившуюся обстановку:
— А я-то чего? Это государыня-матушка, храни её Николай-угодник, всё устроила… Ходила, смотрела, спрашивала, она ж обычно в палатах царских сидит, ей простой базар, поди, в диковинку. Вот она, кормилица, возьми да и спроси: «А как есть милиция следить за порядок и закон на такой шумной месте?» Я и объяснил — дескать, товар проверяем на недовес, недомер, недосол, недоградус креплёности. Ну она опять спрашивает: а можно ли и ей попробовать? Конечно, говорю! Ить кто я такой, чтоб самой царице запрещать?! Ну… вот они и того… этого… увлеклись!
— М-м-м… — сквозь зубы простонал я, скорбно постукивая лбом об лавку.
— Мама дорогая, — перевёл меня Митя. — Я тока это и успел сказать, когда ей купцы руки крутить начали. Она ить, немчура австрийская, в суконной лавке натуральный погром устроила, а уж стеклярусу индийского набила-а… Небось Горох за год не расплатится!
Суду всё ясно. Расплачиваться будем мы.
— Олёна где?
— Невеста ваша, что ль? Дык она там осталася, чёй-то людям объясняла, вроде про умственную убогость государыни…
…?! Я едва не сломал лбом лавку.
В дверь бани постучали. Стрельцы доложили о визите возмущённой группы мелких торговцев, только что задержавших на базаре двух подозрительных девиц.
Пока моей формой занимался домовой, бабка прислала сменную одежду — нижнюю рубаху, подштанники и стрелецкий кафтан.
