Автор
Женщина с берега — это мрачное предсказание, в котором каждый потомок носитель дьявольского проклятия. Веками сверхъестественные глаза жестоко именовались похожими на кошачьи желтыми — символом неизбежной злобы, подпитываемой могущественной силой. И вот приходит время, когда предание требует вновь выявить суперъестественное в потенциальном потомке, наделенном невиданным могуществом....
Он полагал, что Нетта тоже заслуживает того, чтобы узнать эту историю, хотя сама она и не имела отношения к их роду.
Он думал, что обе дамы будут скептически смеяться, услышав о вещах сверхъестественных, но ошибся. Возможно, здесь сыграло роль то уважение, которое обе испытывали к нему, во всяком случае, обе слушали очень внимательно, сопровождая наиболее драматические места возбужденными возгласами.
Несколько раз Мали перебивала его вопросом:
— Неужели я тоже из рода Людей Льда? А Нетте оставалось только сожалеть о том, что она не относится к числу этих людей.
— Теперь я начинаю понимать необходимость найти потомков Кристера Грипа, — сказала Нетта, когда Андре подошел уже к концу этой длинной истории.
— Да, — согласился он и добавил: — Смотрите, как здесь красиво!
Они ехали теперь по лесной дороге, поднимающейся по склону холма.
Андре продолжал:
— С одной стороны, мы должны быть готовы к появлению на свет меченых и избранных, а с другой — собраться воедино, в случае если проснется Тенгель Злой.
Говоря это, он даже не подозревал, насколько он был прав.
— А теперь я расскажу о рукописи, написанной бабушкой Мали, Герд Свенсдаттер, — сказал он. — Хотите послушать об этом?
— Да, — разом ответили они.
При каждом движении Нетта ощущала боль в затылке, голова у нее болела так, что в глазах темнело. Но она не хотела ничего пропускать.
Андре пересказал им, насколько он сам запомнил, историю о девственницах из Варгабю.
— Жаль, что вы сами не прочитали это, ведь я рассказываю так сухо, — по ходу дела заметил он. — Вам не мешало бы как-нибудь взглянуть на этот рассказ, в особенности тебе, Мали.
«Ах, это „как-нибудь“ ко мне уже не относится, — печально подумала Нетта. — Я для них чужая, да и поездка скоро подойдет к концу…»
Но обе они внимательно слушали предание о девах. И когда Андре закончил, они некоторое время молчали, пытаясь разобраться во всем, понять смысл этого предания. Начинало уже темнеть, лес становился мрачным.
Картины прошлых времен вызвали у всех печальное настроение.
Тем не менее Нетта помалкивала о своей головной боли, а Андре ни словом не обмолвился о том, что голоден.
Первая высказала свое недовольство Мали:
— Когда же мы приедем, наконец, куда-нибудь? Я ведь первая в мире обжора и голодна, как волк.
— Мы все проголодались, — пробормотал в ответ Андре. — Я сам не против остановиться где-нибудь. Да и бензин скоро кончится.
