Автор
Женщина с берега — это мрачное предсказание, в котором каждый потомок носитель дьявольского проклятия. Веками сверхъестественные глаза жестоко именовались похожими на кошачьи желтыми — символом неизбежной злобы, подпитываемой могущественной силой. И вот приходит время, когда предание требует вновь выявить суперъестественное в потенциальном потомке, наделенном невиданным могуществом....
Они тоже не знали, куда идут.
— Чепуха, — ответил Андре. — Мы находимся в стороне от Варгабю.
— Откуда ты знаешь? Ты, что, знаешь, где находилась деревня Варгабю?
— Может быть, это немного восточнее?.. — неуверенно произнес он.
— Я вижу дом! — крикнула Нетта. — Там пастбище!
— Наконец-то! — с облегчением произнес Андре. — Надеюсь, что там есть люди. И если это пастбище не Бритты-Стины, то там наверняка знают, где ее можно найти.
Они попали туда, куда нужно: на пастбище были только пожилая женщина и молоденькая девушка.
— Да, конечно, я помню Хавгрима! — прокудахтала она с добродушной улыбкой.
«Но в преклонном возрасте у Кайсы и Хавгрима родился сын, и из этого ничего хорошего не вышло».
— Овдовел? — удивился Андре. — Это было до вашего появления на свет, матушка Бритта-Стина?
— Да, это было в 1820 году, а я родилась в 1828 году. Об этом много говорили тогда. Моя бабушка Бритта была родом из Варгабю, поэтому мы хорошо знали их.
Андре осмелился высказать предположение:
— Она умерла… в родах? Я имею в виду Кайсу. Старуха изумленно посмотрела на него.
— Да, это так! — сказала она. — Говорили, что это были жуткие роды. Она родила мальчика. Но он отнял у нее жизнь, поскольку был неправильно сложен.
— У него были широкие, острые плечи, не так ли? — спросил Андре.
— Говорили, что это так. Но откуда тебе это известно?
— Видите ли, матушка Бритта-Стина, я принадлежу к тому же роду, что и Хавгрим.
Опустив глаза, старуха сказала:
— Говорили, что акушерка тут же убила его. Все решили, что это уродец, подложенный троллями вместо младенца.
