– Был ли это только Публий Клодий или замешан кто-то еще?"
"Что же сказать, чтобы облегчить себе грядущее наказание? Как ей снять с себя хотя бы часть вины? Дорис прикидывала быстро и хитро. Она была продана в рабство, когда пираты напали на ее рыбацкую деревню в Ликии. Ей тогда было двенадцать лет, ее уже можно было насиловать и продавать. До Помпеи Суллы она сменила двух хозяек, и обе они были старше и строже, чем жена великого понтифика. Служба у Помпеи превратилась для нее в рай, а маленький сундучок под кроватью Дорис в ее спальне был полон подарков. Помпея была щедрой и беззаботной. Но теперь для Дорис ничто не имело значения, кроме предстоящей порки. Если с нее сдерут кожу, Астианакт никогда больше не посмотрит на нее! Любой мужчина содрогнется, увидев такое.
– Была еще одна, domina, – прошептала Дорис.
– Говори громче, чтобы тебя все слышали, девушка! Кто еще замешан?
– Моя хозяйка, domina. Госпожа Помпея Сулла.
– Каким образом? – спросила Аврелия, не обращая внимания на реакцию Помпеи, которая ахнула при этих словах, и на бормотание свидетельниц.
– Domina, если на собрании присутствуют мужчины, вы не пускаете туда Помпею без Поликсены. Я должна была впустить Публия Клодия и провести его наверх, где они с Помпеей могли остаться наедине.
– Это неправда! – взвыла Помпея. – Аврелия, клянусь всеми нашими богами, что это неправда! Я клянусь Bona Dea! Я клянусь, клянусь, клянусь!
Но рабыня упрямо настаивала на своем: у ее хозяйки было назначено свидание с Клодием.
Через час Аврелия сдалась:
– Свидетели могут идти домой. Жена и сестры Публия Клодия, вы тоже можете идти домой. Завтра будьте готовы ответить на вопросы, когда кто-нибудь из нас придет к вам. Это касается только женщин. И вы будете иметь дело только с женщинами.
Помпея Сулла лежала на полу, рыдая.
– Поликсена, проведи жену великого понтифика в ее комнаты и ни на секунду не оставляй одну.
– Мама! – крикнула Помпея Корнелии Сулле, когда Поликсена помогала ей встать на ноги. – Мама, помоги мне! Пожалуйста, помоги мне!
Еще одно красивое, но каменное лицо.
– Никто не может помочь тебе, кроме Bona Dea. Ступай с Поликсеной, Помпея.
Возвратилась Кардикса, которая провожала гостей, заливавшихся слезами. Их помятые платья трепал сильный ветер. От пережитого шока они были не в состоянии идти – им пришлось долго ждать паланкинов и носильщиков, которые были уверены, что до рассвета они не понадобятся. Женщины сидели вдоль Священной дороги, прижавшись друг к другу, чтобы было теплее, и с ужасом взирали на проклятый город.
– Кардикса, запри Дорис.
– Что со мной будет? – крикнула девушка, когда ее уводили. – Domina, что со мной будет?
– Ты будешь отвечать перед Bona Dea.
Ночь кончалась. Светало. Остались только Аврелия, Сервилия и Корнелия Сулла.