Кстати, он опять явился без туники под тогой. Катон перестал носить тунику с тех пор, как его «обезьяна» Фавоний стал вхож в сенат. Как городской квестор, Фавоний имел право посещать все заседания сената.
– Я подсчитал, что свободные общественные земли обеспечат участками в десять югеров тридцать тысяч граждан, имеющих право голоса. При этом учитывается, что мы не будем отнимать общественную землю у тех, кто занимает ее согласно прежнему lex agraria. Остается найти достаточно земли, в данный момент находящейся в частном владении, еще для пятидесяти тысяч человек. Я рассчитываю посадить на землю пятьдесят тысяч солдат-ветеранов и тридцать тысяч человек городской бедноты Рима. Если в самом Риме не будет множества болтающихся по улицам солдат и тридцати тысяч городских бедняков, если все эти люди поселятся на плодородных участках в сельской местности, то казне придется тратить в год на семьсот двадцать талантов меньше. Добавьте еще двадцать тысяч с лишним ветеранов, которых мы расселим! Это будет серьезным облегчением того бремени, которое закон Марка Порция Катона накладывает на общественные фонды. Казна может выделить необходимые средства на покупку такого большого количества земли, находящейся в частном владении, благодаря значительно возросшим доходам от восточных провинций, даже если контракты по сбору налогов будут снижены, скажем, на треть. Я не рассчитываю на те двадцать тысяч талантов, которые Гней Помпей Магн добавил казне, из-за Квинта Метелла Непота, ликвидировавшего пошлины и сборы. Щедрый жест, лишивший Рим дохода, в котором он очень нуждался.
Была ли реакция? Нет, ее опять не было. Непот все еще управлял Дальней Испанией, но его брат Целер сидел среди консуляров. Хотя должен был отправиться в свою провинцию, Дальнюю Галлию."
"– Когда вы ознакомитесь с моим lex agraria, вы увидите, что он не преувеличивает наши реальные возможности. Никакого давления на сегодняшних землевладельцев, чтобы они продали свои участки государству. Закон не предусматривает и снижения цены на землю. Государство будет покупать ее по цене, определенной нашими уважаемыми цензорами Гаем Скрибонием Курионом и Гаем Кассием Лонгином. Существующие документы на землю считаются законными и оспариваться в суде не будут. Другими словами, если человек передвинул пограничные камни и никто не оспорил его действия, то площадь покупаемой земли будет определяться по состоянию на день продажи. Ни один получатель земли не сможет продать ее или съехать с нее в течение двадцати лет. И наконец, отцы, внесенные в списки, закон предлагает приобретать и распределять землю под наблюдением комиссии из двадцати старших всадников и сенаторов.