Но Цезарь их предупредил:
– Не приходите ко мне плакаться! У вас был шанс, но вы отказались им воспользоваться. Жалуйтесь теперь плебсу. Или, что еще лучше, коль скоро вы отказались выполнять свои обязанности, научите плебс, как составлять договоры и определять дань. Кажется, теперь именно плебсу и предстоит это делать. Прецедент уже есть.
Но все это бледнело перед перспективой голосования в трибутном собрании по вопросу о земле. Прошло достаточно времени и предварительных обсуждений. На восемнадцатый день февраля Цезарь созвал для голосования трибутные комиции – несмотря на то, что в этом месяце фасции были у Бибула.
К этому времени ветераны, которых отобрал Помпей, прибыли голосовать. При их поддержке закон lex Iulia agraria должен пройти. Настолько огромной была собравшаяся толпа, что Цезарь решил не проводить голосования в колодце комиция. Он поднялся на платформу у храма Кастора и Поллукса и не стал тратить время на предисловия. Помпей выступал как авгур, а великий понтифик сам совершил молитвы и объявил жеребьевку, чтобы определить порядок, согласно которому трибы будут голосовать вскоре после того, как солнце взойдет над Эсквилином.
Первыми были вызваны голосовать граждане трибы Корнелия. И тут boni нанесли удар. Вслед за ликторами, несущими его фасции, Бибул продрался сквозь толпу, окружившую платформу, в сопровождении Катона, Агенобарба, Гая Пизона, Фавония и четверых плебейских трибунов во главе с Метеллом Сципионом. У подножия лестницы, со стороны храма Поллукса, ликторы остановились. Бибул быстро прошел мимо них и ступил на нижнюю ступеньку.
– Гай Юлий Цезарь, у тебя нет фасций! – крикнул он. – Это собрание неправомочно, потому что я, действующий консул на этот месяц, не давал согласия на его проведение! Распусти собрание, или я обвиню тебя!"
"Едва он произнес последнее слово, как толпа взревела и бросилась вперед. Это произошло так быстро, что ни один из четырех плебейских трибунов не успел наложить вето. Впрочем, стало так шумно, что никто бы этого вето не услышал. Бибула забросали грязью, а когда ликторы попытались защитить младшего консула, их схватили и избили до синяков. Сотни рук разломали на куски их фасции. Те же руки схватили Бибула, осыпая его пощечинами, но не пуская в ход кулаки. Затем они принялись за Катона. Остальные отступили. Кто-то опрокинул на голову Бибула огромную корзину с навозом, оставив немного и для Катона. Под хохот толпы Бибул, Катон и ликторы удалились.
Lex Iulia agraria был принят с огромным перевесом голосов. Первые восемнадцать триб проголосовали «за». Затем собрание перешло к голосованию по кандидатам, которые должны войти в состав комиссии и в комитет. Помпей предложил безупречный состав.