Когда дочь становится матерью-одиночкой, Катя сталкивается с семейными трудностями и вопросами о будущем. Возникает конфликт между желанием жить и необходимостью принимать сложные решения в условиях ответственности и зависимости. Начинается разворот событий, когда героиня ищет новые пути.
Раздел Chitat.online для книги «Женщина с ребенком» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Когда дочь становится матерью-одиночкой, Катя сталкивается с семейными трудностями и вопросами о будущем. Возникает конфликт между желанием жить и необходимостью принимать сложные решения в условиях ответственности и зависимости. Начинается разворот событий, когда героиня ищет новые пути.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Когда дочь становится матерью-одиночкой, Катя сталкивается с семейными трудностями и вопросами о будущем. Возникает конфликт между желанием жить и необходимостью принимать сложные решения в условиях ответственности и зависимости. Начинается разворот событий, когда героиня ищет новые пути.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вроде никуда не собиралась, насколько я помню!
– Надо мне, Лёль. По срочному делу надо. Хозяйничайте тут без меня…
Вышла из комнаты, оделась торопливо в прихожей, скользнула за дверь тихо, будто сбегала. Конечно, не было у нее никакого срочного дела, просто хотелось одной побыть. Остудить голову немного, мысли в порядок привести.
На улице в тот день дождь моросил, а она еще и зонтик впопыхах забыла. Так и шла под дождем, склонив голову. Шла, шла незнамо куда…
Хорошее это выражение, конечно – остудить голову. А мысли в порядок привести – еще лучше. Но с привычкой, с привязанностью-то что делать? В какой узелок связать, на какую полочку положить? И руки эти – абсолютно свободные… Что с ними делать? Непривычно рукам без Темочки-то.
А главное – и не объяснишь никому, что она в этот момент чувствует. Ни дочка родная ее не поймет, ни любимый муж, ни сестры – Наташа с Машей. Удивятся, руками разведут – с ума, что ли, сошла? Радоваться надо, что так все хорошо получилось, что Темочка твой будет в полной семье жить, как и положено! Радоваться да сестру Наташу благодарить, что так решительно все провернула! А ты идешь и носом хлюпаешь, и лицо уже мокрым стало – то ли от дождя, то ли от слез…
Потом вдруг остановилась резко, развернулась, чуть не сшибив какого-то прохожего, быстро пошла назад. И мысленно подгоняла себя – зачем, зачем она из дому ушла? А вдруг сейчас без нее все решится? Вдруг Олег возьмет Лёльку в охапку да увезет вместе с Темочкой в Новосибирск?
А что – вполне может быть… Решит, если будущая теща его неласково встретила, значит, и видеть больше в своем доме не хочет.
К дому почти бегом бежала, ворвалась в подъезд, потом через две лестничные ступеньки вознеслась на свой этаж… И только у двери отдышалась, в себя пришла. И даже улыбнулась чуть-чуть – вот ненормальная, честное слово…
Открыла дверь, тихо вошла в прихожую, прислушалась. Из гостиной доносился веселый смех, в том числе и Темочка заливался колокольчиком. И снова ревностью укололо в самое сердце – вишь как быстро внучок адаптировался…
В прихожую выглянула Лёлька, глянула на нее подозрительно:
– Мам… С тобой все в порядке?
– Да, Лёль, все хорошо. Вы как тут, обедали уже?
– Нет, не успели еще…
– Так Темочку давно кормить пора. И Олег тоже голодный, наверное.
– Да, я сейчас все сделаю…
– Не надо, Лёль. Я сама. Я вас позову, иди…
С того дня Олег от них уже не ушел, все время проводил с сыном. У Лёльки очередная практика началась, убегала с утра в институт, а Олег выходил к завтраку, здоровался вежливо с ней и с Митей. Кстати, с Митей он как-то очень быстро нашел общий язык, охотно отвечал на его вопросы:
– А ты свою летнюю практику пропускаешь, что ли? Потом будешь наверстывать? – спрашивал Митя, намазывая масло на хлеб.
