В Жертве 2117, читатель оказывается в будущем, где человечество сталкивается с тонкими и сложными вопросами существования. Атмосфера книги напоминает бег по пересеченной местности, постоянно подталкивающую к новым открытиям и заставляющую задумываться о смысле жизни в контексте глобальных изменений....
Безразличие, которое он встречал и сам проявляет по отношению к окружающим. Он использует его как своего рода оружие. Он хочет поразить им еще большее безразличие, в котором виновато все человечество.
– Вау, – сказала Роза.
– Не исключено также, что жертва двадцать один семнадцать напоминает ему о ком-то, кого он любил. Того, что я сказала, достаточно, чтобы войти с ним в контакт. А если это произойдет, то вы лучше других доведете дело до конца.
– Мы попробуем. Спасибо, Мона. Я могу тебя как-то отблагодарить?
Она кивнула:
– Ты можешь присмотреть за Людвигом? Сделаешь это для меня? Матильда относится к Людвигу так же заботливо, как тигровая акула, эмбрионы которой еще в утробе матери сжирают своих братьев и сестер.
Роза проглотила комок в горле. Надо было реагировать немедленно, потому что Людвиг – бомба, которая может разнести ее квартиру в пух и прах.
– Ты можешь пожить в моей квартире, Роза.
Роза снова сглотнула. Нет, это перебор.
– Знаешь, Мона, – сказала Роза, а в это время ее мозг раскалялся в поисках выхода, – у меня есть предложение получше. Гордон будет забирать мальчика из школы, у него же он будет и жить.
В качестве платы ей придется переспать с ним раз или два.
43
Хоан
День третий
Хотя все происходило почти беззвучно, утренняя молитва разбудила его. Всегда в одно и то же время. Может быть, именно эта особенность его тюремщиков пугала Хоана больше всего. Абсолютная дисциплина по любым вопросам, касающимся веры.
Сейчас звуки из комнаты по соседству свидетельствовали о прямо противоположном. Общий дух делал их равноправными, давал им надежду на райское существование в следующей жизни, и поэтому жизнь на этой несчастной земле казалась им более терпимой.
"Хоан повернулся лицом к парню, в обязанности которого входила смена его памперсов, и попытался как-то выразить свою благодарность, хотя чувство унижения почти не оставляло для этого места.
– Через минуту ты присоединишься к нам, – сказал парень, введя ему положенную дозу. Постоял секунду с закрытыми глазами, потом чихнул. Вынул из кармана бумажный носовой платок, высморкался и ушел.
