Автор
В руки героя приходит необъятное поместье с древней кровью и близкой к исчезновению дворянским титулом. Но его задача еще сложнее: убедить императора-внучку Ленина принять вандалистский род, чтобы спасти клан от репрессий Сталина и Троцкого. Атмосфера книги остротой кинжала вонзается в сердце читателя, создавая напряженную тревожную атмосферу в центре борьбы за выживание и власть в непростой эпохе....
Видимо моя мачеха решила всерьез заняться очарованием мужского окружения Его Высочества. Кстати, перед сном я нашел портрет принца в одной из газет, которые стопкой лежали в коридоре на тумбочке: страшненький типок лет двадцати пяти, с большим ртом и глазами вытаращенными, точно изо всех сил срать хочет. Из статейки я понял, что он помешан на римской культуре и собирается переименовать Сиде в Цезарию, и построить там свой колизей. Не римских масштабов, зато с гладиаторскими боями, как в древности. И вот еще: он принц вовсе не наследный.
А потом пришла карета. Черная с позолотой, большая, запряженная шестеркой гнедых, а главное, с большим багажным отделением позади. Ведь я уже распереживался, куда вместится столько женского барахла. Стебусь, конечно. Всегда забавляло трепетное отношение женщин к шмоткам и дорожным сборам.
— Саш, — Ирина Львовна отвлекла меня в сторону. Мы зашли в гостиную и там она сказала: — Не знаю, когда мы вернемся.
Меня так и подмывало спросить: «А можно Леночку? В смысле, сопровождать меня…». Но такая шутка развеселила бы только меня, поэтому воздержался.
— Мам, — я ее остановил у двери.
Она повернулась, а я обнял и поцеловал ее, хитро угодив в краешек губ.
— Саш… — она улыбнулась и покачала головой.
От ее слов что-то во мне встрепенулось. Может быть взбрыкнула какая-то родовая память в теле сусла. А может что-то вроде совести: зачем я играл сразу с двумя дамами? Да еще какими дамами! И вдобавок Лена… Но я такой был всегда. В том мире, мире Ашанов-Айфонов, меня влекло сразу к разным девушкам.
