Следователь Васин из угро, так что не вы, как говорится, первый. А потом, я ведь грамотный, газеты читаю.
Володя достал из папки бланк протокола, медленно отвинтил колпачок авторучки и минуты три-четыре корпел над «шапкой».
Коноплев за это время дважды посмотрел на часы.
— Вы выезжали на «москвиче» за ворота территории мастерских? — спросил он, не отрываясь от несвоевременной писанины, а возможно, прячась за нее.
— Я? Нет!
— А Бердашкевич? У него есть доверенность?
— Доверенность я ему оформлял, а выезжал или нет — это вы у него спросите.
— Кто-нибудь еще мог воспользоваться «москвичом»?
— Мог, конечно.
— Например?
— Например, любой рабочий мастерских. После семнадцати — охранники.
— Но ведь это запрещено?
— Само собой. Строго. Если такой факт будет установлен — ты мне только скажи: выгоню к чертовой матери, еще и платить заставлю.
— Сколько человек осуществляет охрану территории?
— Днем — двое, ночью — четверо.
— Кто дежурил в ночь с шестого на седьмое августа?
— Я на память графика дежурств не учил, нужно — пойди на пост и посмотри в журнале.
У меня двадцать два объекта и сто двадцать охранников… А теперь — позвольте мне откла няться, граждане начальнички, все, что я знал, — сказал, добавить мне нечего.
— Кланяться будете позже, а сейчас пройдемте на пост и вместе посмотрим график дежурств. Возможно, у меня к вам будут еще вопросы. Да и показания ваши нужно оформить протоколом, так что придется задержаться.
— И все?
— Не совсем. Потом мы получим заключения дактилоскопической экспертизы.
Если в салоне «москвича» будут обнаружены отпечатки пальцев, принадлежащих кому-то, кроме Бердашкевича, уж не обессудьте — мы будем вынуждены снять ваши для идентификации.
— Похоже, ты меня в чем-то подозреваешь, а, Сурок? — ни с того ни с сего подмигнул Коноплев.
— Что делать, — терпеливо застегнул Володя «молнию» на папке. — В ночь с шестого на седьмое августа был убит некто Геннадий Зайчевский. Слышали о таком?
— Ну как же! — усмехнулся Коноплев. — Если кто в этом городе скажет, что не знает Скока, можешь смело предъявлять ему заведомо ложные.
— Вот-вот. А девятого было совершено новое преступление, в результате преступники завладели крупной суммой денег в валюте. Два человека убито.
— И об этом читали.
— Конечно, Артур Леонидович. Оба преступления были совершены при участии ваших сотрудников — Бердашкевича…
— Не надо «ля-ля», — снова перешел на фамильярный тон Коноплев, помахав указательным пальцем, — он не мой сотрудник.
— Допустим.
