На доске в полстены висели образцы пропусков: материального формы № 3, временного, разового и постоянного, а также нарядов и накладных. На столе лежала раскрытая книга ввозимых и вывозимых матценностей.
— Дай журнал, — не ответив на приветствие, потребовал Коноплев.
— Какой?
— Все давай!
Охранник вынул из ящика стола журналы — приема и сдачи объектов под охрану, помещений под сигнализацию и проверок несения службы.
— Вот, — нашел Коноплев нужную страницу. — Пост сдал… пост приняли Галиматдинов, Щукин…
— …Забаров и Бубенец, — усмехнулся Володя.
— В чем никто и не сомневался.
В книге учета выездов-въездов транспортных средств «москвич» значился только второго числа: «Въезд. Автомастерские. Ремонт. Водитель Г.Бердашкевич».
— Дыры в заборе нет? — спросил Сумароков, перелистывая журнал проверок. — Можно выехать с территории, миновав проходную?
— Выехать нельзя. Через забор перелезть можно, — ответил за охранника Коноплев. — Только зачем рисковать? Охрана вооружена, таблички предупредительные по всему периметру висят.
Галиматдинов со Щукиным, согласно графику дежурств, заступали сегодня в ночную на объекте «парфюмерный завод».
— Ваша подпись? — ткнул Сумароков в строку: «Результаты проверки: замечаний нет. Нач. караульной службы…»
— Моя.
— Вы выполняете работу начкара?
— Шестого начкар Миляев был в командировке — старшим сопровождения груза. Я объезжал посты.
— На чем?
— На своих «жигулях», на чем же еще? — озлился Коноплев.
— Если верить этой записи, в двадцать три тридцать во время проверки все охранники были на местах.
И «москвич» с территории не выезжал — отметки об этом нет по крайней мере. Так?
— Значит, так.
— За девятое число — также никаких отметок о выезде «москвича»… Интересно…
До двадцати часов вечера охрана объекта осуществлялась двумя инспекторами охраны: Галиматдиновым и Щукиным. Их сменили Зарецкий, Духанов, Ширяев и Гагин. Я видел «москвич» на трассе Градинск — Краснодар в районе девятнадцати часов. Уже свежевыкрашенным. Получалось, тот, кто был за рулем, выехал с территории с ведома дневной смены, вернулся — когда заступила ночная: все шестеро охранников видели, кто брал «москвич»!
— Автомастерские опечатываются? — спросил Сумароков.
— А как же, — придвинул к нему охранник книгу сдачи и приема помещений и складов под охрану.
И шестого, и девятого числа мастерские были сданы и опечатаны в семнадцать ноль-ноль!
Лопухнулся эксперт Максимов — понял я. Не тот «москвич»! Володя, верно, подумал о том же.
