Тем временем, Ярик заметил на танке молодую девушку, одетую от и до черного — она словно символ эмоциональной драмы в этом веселом баре. В ее глазах плясали жестокие идеи, будто сама гравитация не могла остановить танца. Эта Жестокая Сказка начиналась именно с таких встреч....
Еще немного и достигну разрядки, однако он умудряется и дальше удерживать меня на этой остро заточенной грани.
- Я… ты должен… разрешить, - выдаю сбивчиво, с трудом перевожу напрочь сбитое дыхание и выпаливаю: - Я тоже хочу тебя вот так связать!
Рустам отрывается от ласк, накрывает мою грудь ладонями, очень мягко поглаживает, а после сжимает соски, перекатывает между пальцами.
- Хватит, - шепчу с придыханием. – Это несправедливо. Ты меня трогаешь везде. Узнаешь все секреты. Изучаешь, как реагирую на твои руки.
- Жаждешь везде меня потрогать? – трется щетиной о шею, заставляя изнывать от сражения жара и холода внутри.
- Размечтался, - дергаюсь, пытаясь увернуться от его касаний, ведь горячие пальцы уже прокладывают дорогу к низу живота. – Просто… зафиксировать. Связать и посмотреть, как ты себя поведешь, когда окажешься на моей стороне.
- Я всегда на твоей стороне.
- Ты не понял..."
"- Желаешь узнать мои эрогенные зоны? – ухмыляющиеся губы впиваются в плечо, прикусывают кожу и мигом запечатывают след укуса жадным поцелуем.
- Да тут все ясно, - протягиваю я.
Огромный член рвется в атаку. Четко ощущаю пульсацию вен, которые обвивают мощную плоть. Закостеневший орган давно желает выпустить похоть.
И как только Рустам держится? Зачем терпит?
- Нет, - хмыкает. – Слишком очевидный ответ.
- Ну и ладно, - бормочу сквозь судорожный вдох. – Все равно там я тебя трогать не готова. Было один раз и достаточно. Непонятно, какие женщины…
- В моей постели одна женщина, - обрывает.
Я хочу подвергнуть это утверждение сомнениям. Правда – хочу. Очень хочу отметить, что его объяснения насчет той истории в отеле выглядят довольно блекло, и сбросив оковы одержимого дурмана, я их не приму.
Только разум отказывается подчиняться. Мысли путаются и угасают прежде чем успеваю озвучить, сформулировать фразу.
- И эрогенная зона у меня тоже одна, - хриплый голос врывается в сознание, заставляя тело содрогаться от крупной дрожи, пальцы Рустама не ведают пощады.
- Какая? – почти не дышу.
- Ты.
Он вдруг отстраняется, освобождает мои запястья и лодыжки. Дает возможность принять и понять услышанное признание.
Меня колотит. Плавится мозг. Тело растекается ручьем. Казалось бы, должно стать легче, отпустить. Никто не ласкает. Не трогает. Не касается. Но нет. Как бы не так. Теперь я еще гораздо острее чувствую прикосновения и поцелуи Рустама. Везде и сразу. Не только снаружи, но и внутри.
