Тем временем, Ярик заметил на танке молодую девушку, одетую от и до черного — она словно символ эмоциональной драмы в этом веселом баре. В ее глазах плясали жестокие идеи, будто сама гравитация не могла остановить танца. Эта Жестокая Сказка начиналась именно с таких встреч....
– Особенно когда дуешься. Видно, не представляешь, что веревки из меня вить можешь. Без труда.
- Из тебя? – хмыкаю. – Веревки? Ну да, разве только в сладких мечтах.
- Реально, - накрывает мои губы своими губами, отбирает дыхание. – Я разрешаю. Исполню любое желание. Загадывай.
- Давай просто сбежим, - приглушенно бормочу я. – От всех. Навсегда. Давай укроемся на краю света. Пусть орден сам под землю провалится. К черту эти разборки.
- Не выйдет, - чуть отстраняется, шумно вдыхает мой аромат. – Но ты говоришь правильные вещи.
- Купишь нам билеты на райские острова?
- Не стану марать шакальей кровью наш настоящий дом.
- Подожди, - выдаю, встрепенувшись. – Настоящий? А это тогда какой? У нас появится еще один дом? Новый?
- Я надеюсь.
Рустам подталкивает меня в сторону кровати. Избавляет от одежды за несколько мгновений. Ничего не разрывает. Раздевает настолько бережно, что щемит в груди. Прикосновения пропитаны нежностью.
- Я хочу, - выдаю с нажимом. – Хочу сделать тебе приятно.
Забираюсь на постель. Встаю на колени. Берусь за пояс на его брюках.
- Не получится, - говорит Рустам, и его тяжелая ладонь опускается на мою щеку, пальцы поглаживают вмиг вспыхнувшую кожу. – «Приятно» - точно не получится. Пробуждаешь совсем другие чувства. Будоражишь. Нервы вживую вытягиваешь. Мозг вышибаешь. И достаточно одного твоего взгляда, чтобы я весь мир на хрен покромсал.
Инстинктивно облизываю пересохшие губы. Расстегиваю ремень, вытягиваю из шлеек, отбрасываю в сторону. Горячие пальцы продолжают поглаживать меня по щеке.
- Хочешь взять мой хер в рот? – вопрос обжигает.
- Рустам, - нервно закусываю нижнюю губу.
- Чего стесняешься? – криво ухмыляется. – Разве плохо брать в глотку единственный член? Ты же не давалка, готовая перед любым раскинуться. Не сосалка, полирующая болты направо и налево.
- Рустам, - шиплю, прикрыв глаза. – Твой проклятый язык доводит меня до состояния бешенства.
- А еще до оргазма, - ровно произносит он, заставляя мое тело затрепетать.
- Ты ужасный человек, - выпаливаю, а после осознаю, совсем так не думаю, заливаюсь краской от понимания собственной порочности.
Рустам сдергивает брюки вместе с нижним бельем. Швыряет подальше. Восставший член мерно покачивается между мощными бедрами, что будто свиты из железных мышц.
