Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Жестокие игры в любовь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Алексеевна Шолохова Самиздат подборки серии
Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
5
Бабка жила в обычной панельной пятиэтажке советского образца, в последнем, третьем, подъезде, на втором этаже. Дом её вместе с ещё тремя такими же хрущёвками, стоявшими квадратом, образовывал колодец с двумя сквозными арками. Внутри — обычный двор с детской площадкой, кустами акации и сирени, приподъездными лавочками, клумбами из крашенных шин, в которых отцветали астры."
"Всё так обыденно, так знакомо и так тоскливо. Но это, наверное, потому, что заняться ей было решительно нечем. Вещи она разложила, заняв добрую половину шифоньера. В сорок вторую за раскладушкой уже дважды поднималась — там никто не открывал. Хотела помочь бабке с ужином, но та её прогнала из тесной кухни, где вдвоём и правда не развернуться.
Пойти прогуляться? Некуда и не с кем. Мика хоть и жила здесь когда-то, но уже никого не помнила. Вот и торчала на балконе, разглядывая двор и его обитателей.
Под балконом, чуть левее, там, где сходились углы двух домов, на бетонном приступке, загораживающем лестницу в подвал, тусовалась местная молодёжь. Несколько парней и две девчонки. Одна — светловолосая и миниатюрная, вторая — тёмно-русая, полная. Все — ровесники Мики, плюс-минус год-другой.
Их разговор Мика не слышала, только отдельные слова, возгласы и взрывы хохота.
Один из парней, высокий крепкий блондин, подошёл к турнику. Подпрыгнув, ухватился за перекладину и стал подтягиваться. Остальные хором, громко, с гиканьем и дурацкими смешками принялись считать: раз, два, три, четыре… четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать…
— Ну чё, Лёха, нормы ГТО, считай, сдал, — кто-то крикнул ему.
— Лёш, — позвала его одна из девчонок, светленькая, но что ему сказала — Мике с балкона было уже не слышно. Однако явно что-то приятное, судя по их улыбкам. И точно — в следующую секунду она подтянулась на носочках и поцеловала блондина в щёку.
Парни сразу загудели. Самый мелкий и вертлявый паренёк выкрикнул:
— Тиша, а если я Лёху сделаю, меня тоже поцелуешь?
Мика слегка удивилась — Тиша? Очень своеобразное имя для девушки. Хотя чего уж, у неё и самой имя тоже далеко не самое распространённое.
— Сделай сначала, — с усмешкой ответила светленькая.
— А если не сделаешь, тебя Громозека поцелует, — крикнул кто-то из парней, и все захохотали, а полная девушка отвесила шутнику подзатыльник.
Парни, видимо, и впрямь решили побороться за поцелуй этой Тиши. Следом за блондином попробовали свои силы на турнике тот мелкий и ещё трое, но перебить его рекорд не смогли. Один так вообще лучше бы не пытался — его только обсмеяли за жалкие потуги.
Вдруг Мика почувствовала на себе чей-то взгляд.
Парень в тёмной толстовке с капюшоном наблюдал за ней.
