Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Жестокие игры в любовь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Алексеевна Шолохова Самиздат подборки серии
Их история началась в школе: он был беспечным сердцеломом, она — недоступной королевой. После предательства и публичного унижения они не смогли простить друг другу. Спустя годы судьба вновь сводит гордых и упрямых врагов. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и найти любовь, или жестокая...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ну, может, пацаны в шутку так сказали…
— А, может, никто этого и не говорил, и ты сам додумал?
— Мика, ты же знаешь, как я к тебе отношусь! Может, я, конечно, просто перебдел, недопонял… Но я за тебя переживал…
Мика вздохнула — тут Лёша прав. С первого дня он её оберегал, как мог, но всё равно раздражение не стихало.
— Я помню, и я тебе благодарна. Но, Лёша, ты хоть понимаешь, что ты наделал своим «недопонял»? Ты выставил меня какой-то истеричной дурой. И из-за тебя я незаслуженно унизила Колесникова. Я уж молчу про…
Она осеклась. Не говорить же Ивлеву про то, как она тосковала всё это время, или про то, что у них с Женей могло бы что-то получиться… Это не факт. Да и не время сейчас грезить.
— Прости, — поник Лёша. — Если я ошибся, я готов как угодно загладить свою вину. Я не хотел…
Мика не знала, что ему сказать. Может быть, потом она сможет перешагнуть этот эпизод и общаться с ним нормально, но сейчас в ней ещё кипела злость. И неизвестно, как примет её извинения Колесников. Может, даже слушать не захочет…
* * *У школьных ворот они встретились с Громовой Оксаной. Она подошла с другой стороны школы, но, завидев Мику, остановилась и дождалась, когда они с Лёшей приблизятся.
— Привет, — буркнула она и посмотрела виновато на обоих. — Я, короче, не знала. Правда. Говорили, что ты… блин… ну, то самое… за бабки… со всякими старпёрами. Прости, короче. Если что, я это… за тебя.
— А кто говорил? — сразу подхватил Лёша.
— Да фиг знает, от кого пошло. Мне сказали наши девчонки, а кто им — без понятия. Мика, серьёзно, прости. Сама не знаю, почему повелась. Из-за Онегина, наверное…
Громова выглядела совершенно искренней. Но Мика шла молча. Может, и надо было что-то сказать. Вроде: ладно, понимаю, проехали… Но это неправда. Она этого всё равно не понимала и никогда не поймёт.
— А при чём тут Онегин? — насторожился Лёша.
— Ну, он в субботу пошёл на общество из-за неё… из-за Мики. Ему все бойкот объявили, а потом Сонька сказала, что он не виноват. Что он её покрыл. Ну, вот обидно за него стало. Мы его, считай, ни за что…
— Пережил бы… — фыркнул Лёша.
В гардеробе на неё все косились — видимо, слух о вчерашнем разгромном собрании просочился в массы. Лёша даже рыкнул пару раз на пацанов из девятого.
— Чего смотрим? Брысь!
Громова тоже каких-то девчонок, сплетничающих у зеркала, прижучила. Но Мике было почти всё равно. Ей казалось, что после этой недели у неё внутри всё выгорело.
В кабинет они вошли незадолго до звонка. И сразу, с её появлением, гул и разговоры в классе стихли. Некоторые смотрели на неё, некоторые — наоборот, прятали глаза. Но всем, чувствовалось, стало не по себе.
Мика прошла к своей парте, стараясь не замечать всеобщего внимания.
