Моё приближение и нежданное приглашение вызывают в Артуре желание развеять алкоголь, но я настаиваю: слишком поздно для такого веселья. Его тело отказывается слушаться ноги, а глаза уже не видят дорогу. Такое противостояние с собой — новый тип героев в нашем мире.
Похоже, «Жестокий герой» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Обрушивается, будто ураган, сметает абсолютно все на своем пути, Сгребает в жаркие объятия, вонзается в мои губы одержимым поцелуем, впивается - и точно душу выдирает изнутри.
Меня никто так не целовал, Даже он сам. Раньше было иначе. Проще, легче, Теперь же я дышу его дыханием. Пропитываюсь насквозь терпким ароматом, От дикого напора мои ноги предательски дрожат и подгибаются, ладони судорожно цепляются за мускулистое тело.
Господи, Боже мой.
Какой же он огромный. Сильный, Твердый. Везде и всюду. Настоящая скала, Каждая мышца напряжена, натянута до предела.
Я не успеваю осознать, что именно происходит. Реальность расплывается, теряется в тягучем мареве, Меня разворачивают. Подхватывают на руки, Отрывают земли. Все происходит слишком быстро. Молниеносно, Ощущение, словно это одно движение."
"Разум отключается, Мысли покидают сознание, Чувства обостряются до предела.
Это атака. Открытая. Явная, Захват. Но я совсем не чувствую испуга. Нет ни единой мрачной тени. Лишь бездна темного искушения, Безумное притяжение. Животная потребность,
Я ждала, Желала, Жаждала. Мечтала, Я хотела, чтобы он поступил именно так.
Догнал, Вжал в свое крепкое тело, До боли в объятиях стиснул. Забрал из царства ночных кошмаров. Вырвал насильно. Вернул мне,,, меня,
Иначе бы я не смогла, Иначе бы ничего не было.
— Что ты творишь? - бормочу я, напрасно пытаюсь изучить смутные очертания вокруг, перед моими глазами пылают его глаза, и больше ничего вокруг не существует,
— Это наша первая ночь, - хриплый голос проникает под кожу, раскаленная дрожь прокатывается вдоль позвоночника.
— Н-нет, не совсем,.. - слетает слабый протест, ведь прежде прошло немало ночей да и близость случилась, пусть и болезненная, горькая, но произошла,
— Первая, - твердо заключает Тимур,
Горячий язык опять вламывается в мой рот, жадно скользит вглубь.
Задыхаюсь, И будто впервые пробую кислород. Разве так бывает?
Я ничего не соображаю. Эмоции кипят. Бурлят, пропитывают плоть и кровь. Путают мысли, уводят в темноту лабиринта. Обесточивают рассудок.
