На тихой уютной улице жил одинокий мужчина в черном одеянии, останавливаясь перед домом с высокими каменными стенами и террасой. Внутри все было спокойно, но в воздухе витал странный шарм, будто сам город вдруг заиграл своей тайной мелодией.
Над головами звучат баллады и застольные песни, слышатся крики и шепоты, и все это на фоне приглушенного, как дождь, шороха ног танцующих. Сердце бешено колотится – оттого, что случилась резня, оттого, что Кардан рядом и я ударила его безнаказанно. Сосредоточиваюсь на шаркающих звуках, которые он производит, двигаясь следом за мной. Воздух пропитан запахами утрамбованной земли, пролитого вина и крови. Чувствую, что голова становится пустой, что меня начинает трясти. До боли закусываю губу, чтобы взять себя в руки.
"Надо держаться. Нельзя распускать себя, только не сейчас, когда Кардан может увидеть.
Не сейчас, когда в голове начал складываться план. План, для которого потребуется этот последний принц.
Оглядываюсь и вижу, что Кардан остановился. Сидит на полу, рассматривает собственную руку. Кольцо на пальце.
– Он меня презирал. – Голос звучит спокойно, буднично. Принц будто забыл, где находится.
– Балекин? – спрашиваю я, думая о том, что видела в Холлоу-Холле.
– Мой отец. – Кардан фыркает. – Я почти не знаю остальных своих братьев и сестер.
Не знаю, что сказать. Жду. Странно, что он ведет себя так, будто способен испытывать эмоции.
Мгновение спустя, кажется, приходит в себя. Взгляд, посверкивая в темноте, останавливается на мне.
– А теперь они все мертвы. Благодаря Мадоку. Нашему славному генералу. Зря они ему доверяли. Но твоя мать поняла это давным-давно, не так ли?
Я прищуриваюсь.
– Ползи.
У него опускаются уголки губ.
– Ты первая.
Мы ползем от стола к столу и наконец, похоже, подбираемся к ступеням достаточно близко. Кардан откидывает скатерть и протягивает мне руку – галантный жест, рассчитанный на зрителей, хотя мы оба знаем, что это лишь насмешка. Я выпрямляюсь, не коснувшись его руки.
Единственное, что сейчас важно, – это убраться из зала, пока веселье не переросло в кровавую баню, пока кто-то не решил, что я гожусь для забавы, и пока Кардану не вспорол живот любой, кто не желает власти Верховного монарха.
Делаю шаг к ступеням, но он меня останавливает.
– Не в таком виде. Рыцари тебя узнают.
– Я не единственная, кого они ищут.
Он хмурится, и, хотя маска скрывает большую часть лица, все же угадываю это по движению губ.
– Увидев твое лицо, они могут обратить более пристальное внимание на твоего спутника.
Как ни досадно, но он прав.
– Если бы они получше меня знали, то поняли бы, что я никогда не пошла бы с тобой.
