Автор
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
Раздел Chitat.online для книги «Жестокий роман» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жестокий роман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Какая боевая, — хмыкает. — Чего ж мне не перегрызла?
— Ты, — осекаюсь, закусываю губу, наконец, выдаю: — Ты не он.
— Верно, — резко накрывает грудь крупными ладонями, сминает до боли. — Он бы тебя быстро убил. Как отец Стрелецкую. Милостиво.
Задыхаюсь. Ощущение, точно он до моего сердца добирается. В момент. Грудную клетку вскрывает, ребра проламывает. Жестко сжимает пульсирующий ком плоти в когтях."
"— А я буду трахать долго, — впивается губами в горло, втягивает кожу в рот, помечает, оставляя клеймо. — Я превращу тебя в первоклассную шлюху. Научу всему, что мне приходится по вкусу. Глотку твою на славу разработаю. И тугую жопу.
Молчу. Даже не пробую вырваться.
— Будешь тенью за мной ходить, — обещает ледяным тоном. — Сопровождать в поездках, отсасывать под столом во время особо скучных совещаний. Отдыха тебе не светит. Все дыры послужат моему херу.
Давлюсь коварно подступившими слезами. Запрещаю себе рыдать. Отказываюсь дать волю слабости.
— Что бы твой отец сказал? — толкается бедрами вперед, позволяет прочувствовать всю силу и мощь возбуждения. — Если бы узнал, кто ебет его дочь и как. Если бы увидел голую и растраханную. В моем семени.
Ублюдок. Ненавижу. Гад. Сволочь. Урод.
Но… черт, он все-таки не трахает меня здесь. Продолжает изрыгать всякие гадости, трется громадным членом о задницу, однако не совершает ни единой попытки заняться сексом. Просто издевается.
И наблюдает рассвет.
* * *Дорога обратно кажется бесконечной.
При мысли о том, что вновь приходится возвращаться в мрачный дом, меня охватывает жесточайшее уныние. Тошнота подкатывает к горлу. Отвращение снедает изнутри.
Даже мыслями не желаю возвращаться к ужасам, которые поведал Марат, однако никто не спрашивает и не предоставляет выбора. Теперь все эти ужасы часть моего мира.
Жуткая реальность. Жестокая. Бесчеловечная.
Я бы рада проснуться от кошмара. А не выходит. Отныне кошмар живет глубоко внутри, пропитывает плоть и кровь, течет по венам, наполняет жилы стылым холодом.
Смотрю на проклятое кольцо. Готова сама свой собственный палец отрезать, лишь бы снять эту дрянь. Блеск бриллиантов слепит.
Я не хочу думать, что две предыдущие обладательницы этого украшения мертвы. Две — как минимум. Возможно, их гораздо больше.
Не хочу думать. Но иначе не получается.
Марат получает сообщение на телефон. Открывает его и мрачнеет так, что мне становится действительно страшно. Тут же начинает звонить. Ведет довольно грубый разговор на том языке, который мне абсолютно неизвестен. Буквально рявкает в трубку.
Вздрагиваю, вжимаюсь в сиденье.
Что там? Приказ от отца уничтожить меня без промедления? Что происходит?
Разумеется, с отцом он бы так говорить не посмел.
