Автор
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
Раздел Chitat.online для книги «Жестокий роман» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Она становится пешкой в его игре мести, он — безжалостный и опасный. Но между ними вспыхивает чувство, способное растопить даже самое холодное сердце. Смогут ли они найти счастье среди предательства и боли, или их любовь обречена?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жестокий роман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И о настоящей причине он предпочитает молчать. Но я чую, ощущаю четко и ясно, это все не просто так. Есть реальное объяснение.
Ему польстили мои рыдания? Ревность? Или еще проще? Вытерпела унижение. Позор на глазах у кучи мужчин. И вот, пожалуйста, щедрая награда. Сочетание кнута и пряника.
Я не понимаю. Правда. Совсем не понимаю.
— Платье, — всхлипываю, оказываясь на спине. — Оно же испачкается… полностью. И простыня тоже.
— В первый раз всегда кровь, — говорит Марат.
— Но это, — запинаюсь. — Это не первый раз.
— Первый, — широко ухмыляется.
— Точно, — выдаю сдавленно. — Раньше я не была твоей рабыней. Вот только этот новый статус вряд ли такой уж почетный и значимый.
— Бывало, воины никогда не брали себе жену, зато всегда обладали рабыней, — произносит как бы невзначай. — А иногда сын рабыни мог стать старшим в роду. Если доказывал свою силу и волю в бою.
— Я не просто рабыня, — заявляю с неприкрытой горечью. — Я долг.
Марат толкает меня на живот. Расстегивает молнию, быстро и ловко, обнажает тело, проводит пальцами вдоль позвоночника. Однако клейма не касается. Ставит на колени, принуждает выгнуться. Вдавливает грудью в матрас.
— Ты моя, — жарко выдыхает в затылок.
И… кажется, я кончаю.
Просто от этих слов. От его опаляющего адским пламенем дыхания. От ощущение прижимающегося ко мне мускулистого тела. От того, что абсолютно чужой мужчина оказывается настолько близко.
Влага выделяется толчками, насквозь пропитывает белье, тонкое кружево белого платья, наверняка попадает и на возбужденный член Марата, вплотную притиснутый к моему разгоряченному похотью лону.
Я шлюха. Падшая и пропащая. Не заслуживаю другого обращения. Я теку как одержимая нимфоманка. Изнываю от голода.
Заблудшая душа.
— Моя, — повторяет Марат и, будто играючи, подается вперед, дразнит плоть самым греховным образом.
Спазм сводит низ живота. Тягучий, токсический. Отравой проносится по моему телу, разливается ядом по венам, сковывает жилы, заключает в порочный плен.
Из этой ловушки не выбраться. Никогда.
Он медленно стягивает с меня белоснежный наряд, оголяет желанную плоть, растягивая удовольствие, продлевая пытку. Действует не спеша, никуда не торопится. Разительно изменяет прежнюю тактику.
— Какая же ты мокрая, — замечает хрипло. — Мокрющая.
Содрогаюсь, когда здоровенный вздыбленный орган прижимается ко мне без всяких преград. Грани уничтожены. Разрушены целиком и полностью.
— Что такое? — сквозь утробное рычание зверя пробивается насмешка. — Боишься?
— Нет, — чистая ложь.
Утыкаюсь лбом в матрас.
А может, это правда? Я не боюсь его. Страшусь саму себя. Страшусь своих абсолютно ненормальных чувств. Сгораю от стыда за собственную аморальность.
Я должна ненавидеть этого мужчину. Обязана.
