Автор
Войдя в комнату, ты чувствуешь на себе пристальный взгляд. Взгляд хладнокровного и жестокого монстра, который уже давно тебя знает. Ты знаешь, что эта сцена неизбежна. Страх заставляет дрожать ноги, но гнев заставляет кровь биться в ушах гораздо быстрее.
Похоже, «Жестокий роман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Там было множество подобных изделий, как будто разные предметы из одного комплекта.
Марат молчит. Лишь его пальцы крепче впиваются в ягодицу, причиняя боль. И зубы царапают кожу на шее, сжимаясь сильнее.
— Такое странное кольцо, — продолжаю мысль. — Его невозможно снять, от него никак не избавиться.
Сколько раз я пробовала. Бывало, до крови палец раздирала. Ничего не получилось. Чертова безделушка оставалась на руке, сидела как влитая. Дьявольский механизм не позволял от нее избавиться.
— Кому понадобилось создавать подобный предмет? — наконец, озвучиваю то, что давно меня терзало.
Осекаюсь. Судорожно втягиваю воздух и продолжаю крамольную речь.
— Неужели он сам это кольцо на нее надел?
Горячая ладонь перемещается выше, пальцы обводят линии клейма, едва дотрагиваясь до кожи.
— Нет, не надевал, — холодно произносит Марат. — Но он позволил этому произойти.
— Как? — вопрос вырывается невольно.
"— Отец дал слово, — чеканит мрачно. — Еще до рождения Амины. Потом пожалел. Понял, что совершил ошибку. Когда обещал, не представлял, как все обернется. Но его слово кремень. Раз клятва сделана, надо выполнять.
— Что за клятва?
— Тебе зачем? — ведет пальцами вдоль позвоночника, действует с обманчивой нежностью.
— Это кольцо сейчас на мне, — сглатываю. — Я бы хотела узнать всю правду о нем.
— Ты знаешь все, что должна, — отрезает холодно, зарывается ладонью в мои волосы, дергает, вынуждая вскрикнуть.
— Мне… Больно, — сдавленно выдыхаю.
— Будет больнее, если продолжишь задавать вопросы, — припечатывает льдом. — Твоя единственная забота мой хер обрабатывать.
— Как скажешь, — проглатываю враз набежавшие слезы, всхлипываю.
Марат целует меня в щеку, точнее просто губами прислоняется и ниже опускается, по горлу движется, жарким дыханием помечает.
— Когда на выставку пойдем? — интересуется вкрадчиво.
— Что? — не верю своим ушам.
— Ну, ты вроде на выставку хотела или на спектакль, — замечает ровно.
— Да, но…
— Сегодня пойдем, — заявляет таким тоном, что никогда поспорить не рискнешь. — Выбирай куда.
* * *Мой доступ ко внешнему миру строго ограничен, поэтому афишу оперного театра я просматриваю исключительно под личным контролем Марата. Это знаменательный момент. Впервые получаю доступ в Интернет.
— Сегодня премьера «Фиделио», — сообщаю своему палачу.
