Автор
Войдя в комнату, ты чувствуешь на себе пристальный взгляд. Взгляд хладнокровного и жестокого монстра, который уже давно тебя знает. Ты знаешь, что эта сцена неизбежна. Страх заставляет дрожать ноги, но гнев заставляет кровь биться в ушах гораздо быстрее.
Похоже, «Жестокий роман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И даже в последний раз не сумею обнять. Впитать уходящее тепло. Внутрь вобрать. Буду мертв.
Где я был раньше? Почему не стал ее первым мужчиной? Не отобрал у Стрелецкого. У всех прошлых не отбил. Не выдрал из чужих лап. Опоздал. Навсегда. Снова. Проиграл.
Она могла родить мне. Дочь. И я бы каждому, кто на мое дитя недобро взглянет, ноги вырвал. Никого бы не пожалел. Никогда.
Отец не обрадуется такому ребенку. Потомство от рабыни легко стерпеть. Но женщина, отданная в долг, и не женщина вовсе. Ниже вещи. Неживая. Смертница.
Сжимаю челюсти. Глотаю рык. Ощущение будто вырывают кадык. Клещами. Не спешат. По частям раздирают. Жилы вытягивают.
Я отпущу ее. Отдам. Правда? Сперва тому рыжему придурку. После всем членам клана. Позволю забрать мое. Изувечить. Ради чего? Ради какой гребаной цели?
Должен быть путь. Дорога. Выход. Хожу по кругу. Брожу во тьме. Плутаю. Слишком хорошо знаю возможности и ресурсы своей семьи. Сам выстраивал, сам укреплял.
В чем заключается слабость? Во мне.
Давай. Думай. Соображай. Копай. Когтями. Клыками. Выгрызай свою свободу. Бей. Сражайся. Борись. Хватит беречь кулаки. Нападай. Действуй на опережение.
Смерть — поражение. Нельзя сдаваться.
* * *— Я приняла решение, — бросает царица.
— Сдохнуть? — хмыкаю.
— Остаться с тобой, — как лезвием полосует по горлу.
Дура. Набитая. Отбитая. Отмороженная. Конченая идиотка.
И журналюга хорош. Пожалуй, стоит набрать пилота и приказать, чтоб вышвырнул этого ублюдка из кабины.
— Тебе жизнь не нужна? — спрашиваю.
— Нужна, — сглатывает. — Очень.
— Тогда в чем твоя проблема? — кривлюсь от гнева. — Какого хера не удрала? К палачу прикипела? Так сладко выебал, что никак не отлипнешь? Кайфуешь, когда жестко? Течешь, если во все щели по очереди? Без передыха? Тоскуешь по рваной жопе?
Дергается. Как от удара.
А потом вперед подается. Раз — и кислород перекрывает. Резко. Напрочь. Одним своим движением.
Где только ее выковали? Из чего?
Дрянь. Всех моих баб убила. И меня. До кучи. Заодно.
Нет больше Марата Ахметова. Хер пойми, кто я теперь. Но точно не он. Марат сопли не жевал. Не мялся. Не маялся. Не жался. Не сомневался.
У него все просто было. До одури. Примитивно. Отец приказ отдал — значит, выполняй. Без раздумий. Без сожалений. Быстро.
