Автор
Сердце колотится от напряжения и тревоги в доме, где обычно царит тихая умиротворенная атмосфера. Неожиданно внезапный поезд из черного металла рушит это равновесие, внедряясь в мир, полный недомолвок и опасности.
Мой взгляд падал то на его пальцы, то на кисти. А в голове звучал хруст бокала в нашу последнюю встречу. Багровые ручейки оплетают кулак. Похоже, его кулаки вообще часто оказывались в крови.
Меня замутило. Я поправила воротник кофты, но лучше не стало. Рядом с этим гадом я просто задыхалась.
— Думал, вам станет легче, когда отец Марата умрет, — ровным тоном заявил Хаген, будто мы с ним сейчас вели обычную светскую беседу. — Теперь угроза пропала. Вам нет никакой необходимости прятаться.
— Все не так просто, — глухо ответила я, безуспешно пытаясь побороть панику.
"Столько сеансов психотерапии. Столько чертовых техник. Ничего из этого сейчас не работало. Просто потому что я сидела бок о бок с абсолютно больным на голову маньяком.
Но я и жила с таким. Или нет? Марат не избивал меня. Если бы он хоть раз ударил меня в полную силу, то…
Тошнота усилилась. Это явно не то, о чем стоило думать теперь.
— Я могу помочь вам решить все проблемы, — заявил Хаген и протянул ладонь вперед, так, чтобы можно было увидеть стеклянную капсулу с прозрачной жидкостью внутри.
— Я не принимаю наркотики, — выдала первое, что пришло на ум, а после подняла взгляд и увидела, как ублюдок усмехнулся.
— Виктория, за кого вы меня принимаете? — сейчас его глаза казались мне абсолютно обычными, как и когда мы ужинали в ресторане, никакого необычного оттенка больше не замечала.
— Не знаю, — с трудом выдохнула я.
— Это яд, — небрежно продолжил Хаген. — Достаточно вылить содержимое в напиток или полить им еду. Никто ничего не заподозрит.
Вот, что было определенно необычным. Хаген рассуждал про яд так, словно обсуждал со мной рядовую пищевую добавку.
Теперь я понимала, как именно погиб мой прошлый психотерапевт.
— Я не собираюсь никого убивать, — ответила тихо.
— Вы уверены? Иногда смерть — единственный выход. Пока Марат жив, вы никогда не будете счастливы.
— Что?
— Ваша мать тоже в опасности. Кто угодно был бы в опасности рядом с таким… хм, нестабильным субъектом.
— Я…
— Вам стоит хорошо подумать и сделать правильный выбор. Знаете, я часто вступал в споры со своим отцом, но в одном он точно был прав. Взбесившееся животное надо уничтожить.
Я не могла утверждать, что Марат вменяем на все сто. Но он уж точно более стабилен, чем урод, который голыми руками забивает женщин и не ощущает никакой вины.
— Нужно закрыть этот вопрос, — твердо произнес Хаген. — Иначе станет слишком поздно.
