— Я сам возьму, — раздражающий хохот. — Заставь меня уйти.
Выскальзываю из-под незнакомца. Пользуюсь тем, что его внимание сосредоточено на другом. Отталкиваюсь от постели, спрыгиваю на пол, вжимаюсь спиной в ближайшую тумбу. Поправляю юбку и кофту, привожу уцелевшую одежду в порядок. Надо бы и оружие найти, на всякий случай.
Я никому не позволю взять мое тело силой. Никогда. Хватит. Я лучше сдохну. Прямо тут, наплевать.
Но, что этот психопат сказал про Олега? Мой муж здесь? Где? Почему я об этом не знаю? Какого черта тут происходит?
— Шустрая она, — хмыкает незнакомец. — Сосет также резво?
— Ты об этом никогда не узнаешь.
Марат сбрасывает пиджак на пол, закатывает рукава рубашки. У него такое выражение лица, что даже Сатана собственной персоной не рискнул бы сейчас с ним связаться. А незнакомец явно рад раскладу. Будто ребенок, получивший долгожданный подарок.
— Я тебя размажу и раскатаю, — заявляет без тени сомнения, заправляет в штаны свой огромный эрегированный орган. — А это для девки оставлю. Пока ты будешь харкать кровью, покажу ей настоящую любовь.
Никакого ответа. Только легкий кивок головой. Приглашающий жест. Валяй. Вперед. Нападай. Рискни здоровьем.
Они останавливаются друг напротив друга. Замирают. Оценивают. Два прожигающих насквозь взгляда скрещиваются точно горящие лезвия мечей. Никто не готов отступать первым.
Такие здоровенные. Мощные. Крепкие. Даже трудно определить, кто сильнее. Когда судишь по внешним данным, выглядят равными.
Рост примерно одинаковый. Параметры. Стальные мускулы играют под гладкой кожей. Мышцы напряжены, натянуты толстенными железными тросами. Вены набухают, рвано пульсируют, отражают безумный бой горячей крови.
Идеальные хищники. Убийцы. Оказаться между ними все равно, что вломиться между двумя буйствующими стихиями.
Огонь… и огонь. Кто победит? Кто заберет выигрыш?
Я умудряюсь сделать короткий вдох, но уже не успеваю выдохнуть. Рефлекторно отшатываюсь, вжимаюсь в тумбу еще плотнее.
Господи. Они точно люди?
Незнакомец бросается на Марата, молотит его кулаками как бешеный. Невольно прижимаю ладони к груди. Внутри печет.
Это все от того удара, да? Он не врезал мне в полную силу. Иначе бы сразу прибил. Но все же довольно значительно приложил. Вот почему так саднит. Другой причины нет и быть не может. Верно?
Больно и жутко наблюдать за развернувшейся передо мной картиной.
Не потасовка. Не драка. Не схватка. Не поединок. Не бой.
Убийство. Жестокое. Кровавое.
Эпицентр урагана.
А Марат как будто… уступает?
Нет. Не верю. Он же сильный. Ну, точно не слабее этого чертового гада. Он должен выйти победителем. Без вариантов. Только так.
И все же четко вижу, как мой палач пропускает удар за ударом. Багрянец заливает его лицо.