Дневник Дейлсфорд-Гарденз на перекрестке истин и вымысла оказывается непреодолимым препятствием для любого пассажира такси, который решается прокатиться туда. Словно в зеркале отражается мир будничных разговоров и неожиренных улыбок, но на самом деле скрываются черты смерти и загадки, которые подталкивают к следующему вызову — быть или не быть в этом месте, где каждый шаг может оказаться последним....
— Он повернулся к Харперу: — И как вы узнали, что это мистер Баллантайн?
Вместо ответа, Харпер достал из кармана газету.
— А разве это не очевидно? — заявил он."
"Газетный заголовок во всю ширину первой полосы кричал заглавными буквами: «ЗАГАДОЧНОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ФИНАНСИСТА: ГДЕ МИСТЕР БАЛЛАНТАЙН?» Под ним была помещена фотография мужчины, только вступившего в средний возраст, с цветущим, самодовольным, не лишенным красоты лицом, одетого в визитку, серый цилиндр и широкий галстук, с орхидеей в петлице. Подпись под снимком гласила: «Мистер Лайонел Баллантайн; фотография сделана на скачках „Дерби“ этого года».
Сержант перевел взгляд с фотографии на перекошенное лицо убитого человека и обратно.
— Да, вижу, это действительно он, — сказал Тэппер. Потом поджал губы и какое-то время помолчал. Наконец спросил: — А что вы двое здесь делали?
— Проверяли по описи имущество для арендатора, мисс Пенроуз, — быстро ответил Льюис, который почувствовал, что ему пора заявить о себе. — Она сдала этот дом с обстановкой и…
— Полагаю, она сдавала его не мистеру Баллантайну? — уточнил Тэппер.
— Господи, нет! Жильцом был мистер Джеймс. Сержант, вы думаете…
— Я думаю, что вам двоим лучше бы заняться своим делом — проверить имущество, — заметил Тэппер. — Тогда, во всяком случае, мы будем знать, пропало ли что-нибудь из дома. А к тому времени, когда вы закончите, здесь, как я рассчитываю, появится кто-нибудь из Скотленд-Ярда и снимет с вас показания. Только будьте осторожны. Ни к чему не притрагивайтесь, а если найдете что-нибудь подозрительное, сразу же зовите меня.
Молодые люди вышли из комнаты, явно испытывая облегчение оттого, что смогли покинуть царившую в ней атмосферу насилия и ужаса. Сержант, поставив констебля у парадной двери, чтобы тот отгонял любых непрошеных гостей, вытащил блокнот, карандаш и принялся что-то старательно записывать в него своим округлым, ученическим почерком. Однако вскоре ему пришлось прерваться, так как прибыл офицер из полицейского участка, который привел с собой судебно-медицинского эксперта — маленького бледного человечка с рыжеватыми усами.
Эксперт провел недолгий осмотр.
— Удушение, — коротко констатировал он.
— Как долго он мертв? — поинтересовался Тэппер.
— Трудно сказать… два-три дня приблизительно…
— Ну что же, нам придется дождаться дальнейших указаний, прежде чем мы его передвинем. Может быть, тогда вы сможете что-нибудь еще нам рассказать, отозвался сержант.
Через некоторое время в доме появился еще один констебль.
