Живой журнал Андрея Исаева открывает двери в мир шуток, интриг и откровений. Встречайте четвёртый день записи - здесь жизнь трансформируется под лозунгом "Я сам себе и небо". Мрачные ассоциации с "Аукцыон" сочетаются с теплыми воспоминаниями, создавая удивительную атмосферу. Каждый новый день - это новая история жизни автора....
Ты — почти всегда. Этот ваш Деак — вообще никогда. А что касается Евы, то твоя приёмная дочь выросла и стала красавицей, — ответил Макс и пожал руку Даниэлю.
Действительно, Макс никогда не ладил с английской овчаркой Евы и не затруднялся это скрывать. Что касается Евы, то девочка искренне нравилась ему, хотя виделись они не часто — вернее, так же редко, как видятся взрослые люди со взрослыми детьми своих друзей: несколько раз в год, по случаю.
— Что-то жарко сегодня, — Макс подёргал себя за высокий ворот свитера от «Hackett».
— Есть две темы, — безапелляционно заявил Даниэль. — Во-первых, — начал он, но запнулся, заметив, как узкие, чёрные брови Уоррена поползли вверх, а Макс с ироничным видом преувеличенно-медленно оглядел Даниэля.
— Прости, что перебиваю, но мне только сейчас в голову пришло, — насмешливо протянул Макс, — а ты знаешь, что ты — зануда? Всё-то у тебя по порядку, всё должно быть доведено до совершенства и до конца.
— Макс, я действительно спешу, — резко перебил Даниэль, неприятно поражённый меткой колкостью Макса. Довольный Уоррен усмехнулся, разглядывая мрачное лицо Кейда.
— Хорошо, Большой Босс, я тебя очень внимательно слушаю, — с невинной улыбкой кивнул Макс.
— Итак, есть две новости. Первая касается моей фирмы, вторая — моей родной дочери.
Теперь пришел черёд удивляться Уоррену:
— Какой «родной» дочери, Кейд? Я что-то не понял… Ведь Ева — это же твоя приёмная дочь? Или же где-то у тебя есть ещё одна дочь?
Даниэль смерил Макса неприязненным взглядом:"
"— Макс, у меня одна дочь, и это Ева. Ева — это моя родная кровь.
Эффект, произведённый словами Даниэля, был ошеломляющим. Сначала Макс побледнел, потом перевёл ошарашенный взгляд на Еву.
— Знаешь, Даниэль, беру свои слова обратно, — медленно произнёс Макс и покачал головой, — нет, ты у нас не зануда. Ты — это сейф с секретом. За двадцать лет, что я знаю тебя, я привык ко многому, но то, что я услышал сейчас это — самое поразительное.
