Живой журнал Андрея Исаева открывает двери в мир шуток, интриг и откровений. Встречайте четвёртый день записи - здесь жизнь трансформируется под лозунгом "Я сам себе и небо". Мрачные ассоциации с "Аукцыон" сочетаются с теплыми воспоминаниями, создавая удивительную атмосферу. Каждый новый день - это новая история жизни автора....
Кстати, что это она там слушает?
«I’ll soon be gone now —Forever not yours.It won’t be long nowForever not yours16», —звучит высокий голос Мортена Харкета. И тут мне на ум приходит одна мысль: вообще-то, если сопоставить виденный мной фоторобот брата Иры, то он, с его синими глазами, был бы очень похож на норвежца Харкета. Кошусь на Красную Шапочку. Так вот, чем обусловлена эта лёгкая асимметрия её черт и некая андрогинность сущности. Такое у близнецов бывает, как у меня с сестрой. Мы с Дианой часто думаем и действуем, словно две половинки.
«Так и не вышла ты замуж, Ира. Интересно, и чем тебе твой Зайка не угодил? Неужели всё дело в измене? Или — у тебя еще кто-то есть, любовь к кому не проходит вечно?» — с иронией думаю я.
Почувствовав моё неприязненное внимание, Красная Шапочка покусала губы, потянулась к карману куртки и достала оттуда початую пачку «Esse One». Левой рукой ловко выбила сигарету из пачки. Прикурила и, отгоняя голубой дымок, снова помахала левой рукой. И левой же открыла окно со своей стороны, выпуская дымок наружу.
— Слушай, а ты ведь левша, да? — осеняет меня. Ира коротко кивает.
«Надо же, Самойлова — и левша. А я и не знал этого…»
Подтягиваюсь на сидении повыше и устраиваю поудобней своё больное плечо.
— Андрей, где тебя высадить? — спрашивает отрывисто.
— В моей квартире, у аптечки с лекарством, — лениво отвечаю я, и, игнорируя возмущённый взгляд женщины, показываю свой подъезд и место, где можно остановиться.
