На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Живые» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Варвара Николаевна Еналь Легкое чтение Любовные романы подборки серии
На орбитальной станции Моаг живут дети, воспитанные роботами, но их родители скрывают свои мотивы. Герои пытаются разгадать тайны станции, чтобы обеспечить свое выживание и вернуть Землю. Между ними возникает напряжение, когда раскрываются загадки о жизни и любви.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И палили прямо по ним.
Тонкое силовое поле пропускало половину лучей, обшивка станции плавилась, искрилась, трещала, рассыпая искры в темноту космоса.
– У них не хватило энергии, – потрясенно проговорила Таис.
– Они… – Федор замер, после соскочил с монитора, приблизился к окну, покачал головой. – Мы ничем не можем сейчас им помочь. Ничем не можем… – тяжело выдохнул он.
На станции определенно что-то происходило. Время от времени гас свет на Верхнем уровне – немногочисленные окошки становились темными, и огоньки по овальным выпуклым краям тоже гасли. Таяло на глазах силовое поле, и сама станция медленно поворачивалась вокруг своей оси, будто потеряла ориентир и не знала, что ей теперь делать.
Удлиненный крейсер, подошедший к станции ближе других, передвинулся, явно намереваясь совершить стыковку. Его лазерные пушки замолчали, зато выдвинулись длинные трубки-переходники, с помощью которых, как Таис догадывалась, можно произвести переброску роботов. Еще чуть-чуть – и хлынут на станцию шестиногие. И кто тогда поможет детям?
Это вам не фрики, которых можно увести и запереть на холодном Нижнем уровне. Это роботы, их просто так не возьмешь.
– Что нам делать, Федька? – всхлипнула Таис.
Она отлично понимала, что станция вот-вот падет. И тогда погибнут все, кто был ее семьей, о ком она скучала, за кого переживала.
И Эмка, и Колька, и Нитка, и Маша. И мальки – Вовка, Ромка, Кристинка. И многие другие, чьих имен Таис не помнит, но кто всегда был рядом, создавая уютную, веселую, шумную жизнь.
И тут заговорил Грум. Сначала он хрипло заскрипел, потом выдал медленно и четко:
– Управляемый человек, который приходил пять лет назад, оставил после себя записи. Он спрятал их в одном из моих шкафов. Он сказал, что цифровым технологиям теперь доверять нельзя, поэтому он записал свои слова на бумаге. Специальным приспособлением, длинной черной палочкой. Сидел рядом со мной и писал. И спрятал во мне. Вдруг это вам пригодится?
Федор рванулся к агрегату с единственным вопросом: «Где?»
У Грума было несколько шкафчиков. Один полностью заполняли пакеты с растворимым овощным пюре. Специальный механизм подавал пакеты в дозаторный отсек, где порошок высыпался в емкости и заливался водой, после чего пища обрабатывалась лазерными лучами.
На самом дне шкафчика, под пакетами, и лежала тонкая мятая тетрадь.
Федор вытянул ее, тряхнул слегка, после пробормотал:
– Что он тут мог писать? И зачем оставлять на крейсере? Какой в этом смысл?
– Читай, – ответила ему Таис.
Времени у них было хоть отбавляй: с крейсером они ничего не могли поделать и прийти на помощь станции тоже не могли.
Это было невыносимо тяжело – наблюдать за гибелью родного дома. И вот при виде этой тетрадки Таис вдруг ухватилась за призрачную надежду.
