Автор
В теплом июльском ночной воздухе щебечут перья, а под моим телом зыбко заскрипели сосновые бревна. Я лежу спиной на мягком подстилке деревьев и чувствую легкий ветерок дунуть через лицо — такая спокойная атмосфера, словно мир вокруг медленно и гладко переливается зелеными пятнами....
Центр участка занимал большой прямоугольник рубленого дома с крышей похожей на длинный стог сена и совсем без окон. К главному строению впритирку жались срубы поменьше числом - три. Под крытой коновязью нервно махали хвостами пять оседланных жеребцов, тявкала в будке собачонка, в одном из сараев надрывал луженое горло петух.
- Бур, тут Шибай! - с озабоченностью в голосе крикнул Завид, едва бросив взгляд на «припаркованных» к поперечной жердине чужих коней.
- Вижу. Чтоб ему… - прошипел старший из Головачевских сынков.
- Это и есть корчма? - захотел уточнить я, оглядев внушительную постройку.
- Постоялый двор Луня, - небрежно бросил в ответ Бур и отдал поводья Живке. - Привяжи коней и будь со своими снаружи!
Ничушка, сутулясь, потащил лошадь в сторонку, разворачивая телегу к выходу.
- Э, малой! - позвал его Сашка. - Оставь кобылу и давай с нами!
Пацан оторопел, нерешительно затеребил вожжи. На мой вопросительный взгляд Сашка ответил утвердительным кивком и похлопал по сумке на поясе.
- Пошли, пошли, - поддержал я Рока раз такое дело. - Не убудет с него, набьет твое тощее брюхо под рубчик.
Не веря своему счастью, Ничушка привязал поводья к жердине, метнулся ко входу в ресторацию и отворил перед нами толстую дощатую дверь. Бур бросил на Сашку удивленный взор и молча переступил порог.
Внутри темновато. Помещение освещается горящими фитилями в горшочках расставленных по полкам на стенах и кажется меньше, чем представлялось снаружи. В дальнем углу рдеет малиновыми углями открытый очаг с подвешенным над ним котлом, рядом на утоптанном до состояния асфальта глиняном полу уложены набитые чем-то мешки и расставлены бочонки, по углам висят травяные веники и гроздья сушеного разновсячья.
У большинства адекватных людей сейчас время ужина, даже у сектантов, отчего к этому часу в корчме собралось около трех десятков голодных посетителей. Сидят вразнобой, перед деревянными мисками, широкими подносами и полулитровыми чарками. Одеты все примерно одинаково, но кое кто получше, взять, хотя бы, вон ту четверку угрюмых мужиков за столом слева от входа.
