В очном Елисей находит себя в просторной комнате, выделенной Изяем для временного пребывания. Открыв глаза, он сразу осознает свое место и с тревогой замечает обильные следы боли от неудобной позы. Промахиваясь через свои мысли, он вновь вынужден взывать к Богу за помощь, так как рана на боку мучительно стонет каждый раз, когда ему приходится двигаться....
Похоже, «Жизнь сильнее смерти» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Изрядно помятые мужчины с военной выправкой, в количестве трех человек, заметив его интерес, тут же сбились в кучу перед дверцей, отсекая ему возможность что-то увидеть. Увидев этот маневр, Елисей чуть пожал плечами и, повернувшись к Морозову, уточнил:
– Николай Кузьмич, у нас час времени найдется?
– Зачем? – тут же насторожился чиновник.
– Тела похоронить надо. Не дело так бросать, – пояснил парень, кивая на убитых. – По их обычаю усопшего до заката земле предать нужно.
Казаки, уже успевшие собрать все ценное, только одобрительно закивали.
– Успеете за час-то? – с сомнением протянул Морозов, которому явно не хотелось задерживаться.
– Дело нехитрое, – вместо парня ответил десятник и, не дожидаясь ответа, принялся раздавать приказания.
Казаки моментально распределились и занялись делом. Елисею подвели трех коней, на которых было навьючено все оружие, снятое с их хозяев. Быстро осмотрев трофеи, парень мрачно хмыкнул, негромко проворчав:
– Клячи. Всех продать придется, – и принялся осматривать оружие.
– Тебе так важно, будут бандиты похоронены или нет? – вдруг спросил Морозов, подъехав ближе.
– Врага уважать надо, Николай Кузьмич. Сегодня мы их, завтра они нас. Так и живем, – равнодушно пожал парень плечами.
– Сударь, позвольте спросить, куда вы направляетесь? – послышался вопрос, и к Морозову подошел один из спасенных.
– С кем имею честь, сударь? – повернулся к нему чиновник.
– Охрана графини Львовой, Степан Николаевич Ухтырский, – представился мужчина.
– Что, и сама графиня здесь? – удивился Морозов, вглядываясь в окошко кареты.
– К счастью, нет, сударь. Графиня в Пятигорске осталась. А нам было приказано доставить ее камеристку в Тифлис. По каким делам, даже не спрашивайте, то мне неведомо. Так куда вы едете, позвольте спросить?
– В Екатеринодар.
– Прекрасно. Позвольте нам сопровождать вас, сударь, – оживился Ухтырский. – Нам требуется и там какие-то дела сделать."
"– Так вы в Тифлис ехали или в Екатеринодар? – не понял Морозов, удивленно оглядываясь на карету.
– В Тифлисе мы все дела исполнили. Теперь в Екатеринодар, – смущенно улыбнулся охранник.
Морозов задумчиво оглядел гнедую пару, что была запряжена в карету, и, чуть скривившись, мрачно покосился на Елисея. Понимая, что тому не терпится продолжить путь, парень молча указал чиновнику на телегу с волами и, разведя руками, негромко сообщил:
– Добычу никто не бросит.
– Издеваешься?! – буквально взвился чиновник. – Им не за это платят.
– Платят? – удивился Елисей.
