Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Последнее, что в памяти осталось, как мы с тобой за стол с картошечкой сели. Потом всё, провал.
— Кеша, надо меньше пить! Всё, я в душ, а ты чайник ставь.
— Как скажете, барин.
Иван заставил себя стоять под прохладной водой как можно дольше, пока не замёрз. Затем сполоснулся тёплой и согрелся. На кухне остывал чай в чашках. Иннокентий успел сделать бутерброды с маслом, которые сейчас поглощал с аппетитом. Алкоголик позавидовал коллеге: «Может, тоже опохмелиться вначале?», но отогнал эту мысль и начал крохотными кусочками отщипывать бутерброд и запивать крепким чаем.
— Ну, здрав будь, боярин!
Иннокентий охотно откликнулся на тост:
— Всегда готов!
Соседи выпили, запили остывшим чаем. Кеша посмотрел на часы:
— Скоро Алик подтянется, спирт нам принесёт или нет? У нас только на донышке осталось, до вечера не доживём.
— Принесёт, не волнуйся. Я с ним вчера поговорил, когда ты спал уже. И дверь комнаты попросил оставить открытой, плохо мне было ночью.
— А то я смотрю, дверь открыта! Вот думаю, Алик забыл, наверно, запереть.
— Как же, забудет он. Вчера так на меня посмотрел, думал всё — секир башка. Так, Иннокентий, я сейчас прилягу. А ты, Алику, скажи, мол, совсем нехорошо мне, с желудком сильно мучаюсь. Авось, и сегодня дверь оставит нам открытой.
— Да вы хитрец, батенька!
— С кем поведёшься, Кеша.
Организм Ивана Рудольфовича после душа, чая и похмелки заработал нормально, и мужчина успел немного вздремнуть. Проснулся от громких возгласов Иннокентия на кухне:
— Ну, наконец-то, наш дарагой! Уважил, купил всё-таки нормальный «Рояль». И даже минералки с макаронами принёс.
Иван понял, что пришёл Алик, поднялся и прошёл на кухню. Кеша уже весь в возбуждении от перспективы продолжения банкета с умилением разглядывал желанную этикетку бельгийского спирта. Азербайджанец протянул небольшой пакетик:
— Это для вас, Иван Рудольфович, зубная щётка и бритвенные принадлежности.
— Спасибо, Алик! Не знаю, как вас по отчеству. Мне бы ещё таблетки активированного угля и ношпы для желудка. В аптеке знают.
— Не надо ни фамилии, ни отчества. Просто — Алик. В аптеку сегодня загляну. А вы чем болеете?
Иван вздохнул:
— У меня больной желудок ещё с армии после дизентерии.
— Иван Рудольфович, берегите себя. До вечера.
Надсмотрщик ушёл.
