Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Гость встал, открыл банку, с удовольствием вздохнул аромат подзабытого кофе и насыпал в отдельную большую кружку. Положил два куска сахара, добавил кипятка, размешал, аккуратно глотнул за столиком и произнёс:
— Хорошо-то как… Прямо от души.
Мужчина переглянулся с Захаром и представился:
— Меня зовут Гамлѐт. Не Га̀млет, а Гамлѐт. Понял?
— Отчего же не понять, — ответил Студент и глотнул ещё кофе. — Да и не похож ты на принца Датского.
— Это ещё почему?
— Принц вечно сомневался — «Быть или не быть?», а в тебе нет никаких сомнений.
Гамлѐт повернулся к Захару:
— Вот видишь, как приятно говорить с грамотным человеком. А ты вечно путаешь.
— Как скажешь, Гамлѐт. Пойду я, поздно уже.
Тимур оторвался от кофе и посмотрел на тамбовского бригадира.
— Захар, у меня просьба.
Хозяин камеры с удивлением взглянул на Кантемирова. Только зашёл, а уже просьбы? Тимур объяснил:
— Я в Кресты заехал вместе с пареньком из Тамбова.
— Хорошо, сделаю. — Тамбовский бригадир подал руку на прощанье.
Гость с хозяином камеры остались одни. Кантемиров впервые в жизни видел вора в законе. Да и не только видел, а сидел с ним за одним столом в особой камере следственного изолятора «Кресты». Авторитет поставил чашку на стол и начал разговор.
— Студент, сейчас ответишь мне на первый вопрос. И от твоего ответа пойдет вся наша дальнейшая беседа.
Тимур кивнул и поставил кружку. Гамлѐт в упор посмотрел на молодого арестанта.
— Мы знаем, что ты полгода сидел без работы. Почему после пожарной части из системы МВД ты не пошёл работать в милицию или прокуратуру? Ты же университет закончил?
Кантемиров понял — все каверзные вопросы в камере за последние дни задавались по приказу главного вора.
Молодой человек тяжело вздохнул и начал собираться с мыслями.
— Гамлѐт, я бы хотел, чтобы мой ответ остался только между нами.
И тут солидный вор в законе, сидя на шконке, немного ссутулился и произнёс голосом Армена Джигарханяна:
— «Есть у нас сомнение, что ты, мил человек, стукачок», — затем он откинулся назад и сказал нормально: — Говори. Базар между нами.
