Жизнь — это просто огромная жестянка, в которой мы постоянно переживаем поток событий. В пробке я восклицаю, подпевая радиоприемнику о том, как жизнь ну ее в болото! Здесь серые машины и лица людей скрывают радостные признаки весны за окнами.
* * *Проходит еще несколько месяцев. Теперь мы видимся с соседом почти что каждый день. Сначала не понимаю, что он затевает. Потом все становится очевидно. Серджо ухаживает за мной так красиво, так по книжному правильно, что хоть плачь. Я и плачу. Иногда. По ночам, когда никто не видит. Не хочу слезами портить его замысел. Правда вскоре осознаю, что слезы эти — светлые. Прошлые обиды отпустили меня.
Стрельников и Кондрат куда-то пропали. Ну ладно Стрелок — он по крайней мере молодожен. А куда делся Федя? Меня не оставляет такое чувство, что эти мои так называемые друзья где-то залегли, как в окопе, и ждут, иногда выглядывая, чтобы узнать: будет бомбежка или салют?
Еще через пару месяцев мой новый сосед делает мне предложение, и я принимаю его.
— Очень мило, но… очень несовременно, — с некоторым сомнением говорит она. — А вдруг ты выйдешь за него замуж, а после выяснится, что в постели он ни на что не годен?
Лишь пожимаю плечами, пряча улыбку.
Решаем не привлекать церковь к нашим отношениям. Он, как говорит, католик, я вроде бы православная, хотя и не помню уж, когда последний раз в церкви была. Сложности и путаница. Куда проще обычный ЗАГС! Когда мы покидаем его, я уже не Соболева, а Ванцетти. Интересно, каково происхождение этой фамилии?
С моей стороны на свадебном застолье присутствуют бабушка и прибывший по такому случаю Шарль.
Со стороны молодожена — никого.
Гости засиживаются надолго. Бабушка вместо тамады. Наливает и регулярно подбадривает собравшихся: «Кушайте, кушайте, гости дорогие, все равно нажретесь»."
"В какой-то момент Серджо под столом ухватывает меня за руку. Смотрю ему в глаза. В них властная тьма… Яростная и порочная. Заглядывая в нее, отчетливо понимаю, сколько скрытой, нами плохо осознаваемой, божественной мощи в том, что происходит между мужчиной и женщиной, если они по-настоящему связаны друг с другом.
Мы переходим улицу, он принимается открывать дверь, и я вижу, что рука его дрожит. Ключ не сразу попадает в замочную скважину.
