В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Рандо толкнул дверь, переступил порог. После улицы здесь было тепло, даже жарко. Два длинных стола и четыре скамьи оказались сдвинуты к стене, пол густым слоем устилало сухое сено. Стальной обруч люстры с порядком оплывшими сальными свечами бросал на стены и потолок тусклые желтые блики."
"В зале находилось чуть больше двадцати человек. Те, кому Рандо приказал отдыхать, пока не настанет их очередь дежурить и работать. Некоторые воины облюбовали столы и скамьи, некоторые расположились прямо на удобной подстилке. Почти все, устав от бесконечной, выматывающей скачки, уже спали.
Рандо заметили, поприветствовали усталыми кивками.
– Юргона видели? – спросил рыцарь.
– Наверху, – не разжимая зубов, в которых была зажата нитка, процедил «портной». – С картами возится.
Молодой человек поднялся на второй этаж, заглянул в первую же комнату и увидел сидящего за столом Огонька.
– С какой стати ты отдаешь приказы моим людям?
– Не кипятись, – произнес Юргон, не поднимая головы. – Это был единственный способ затащить тебя сюда. Иначе бы ты еще сто лет проверял патрули, беседовал с офицерами и распределял фураж лошадям.
– Что в этом плохого? – нахмурился Рандо.
– Совершенно ничего. Особенно когда поблизости нет зеркал. Ты бы себя видел. Мертвецы и то краше выглядят.
– Это обычная простуда…
– Которая через несколько дней сведет тебя в могилу, если ты не найдешь в себе смелости забыться сном.
– Не надо разговаривать со мной, как с сопливым мальчишкой! – вспылил рыцарь.
– Я буду с тобой разговаривать так, как ты этого заслуживаешь, милорд! – зло стукнул кулаком по столу маг, и его большие уши побагровели. – Потому что, если ты сдохнешь от усталости, всем остальным от этого будет лишь хуже. Ты – сердце этого отряда. Они идут не за мной, не за Водером, не за Ильсой, а за тобой. Если тебя не станет – мы долго не продержимся.
– Хватит. Не начинай. – Молодой человек устало отстегнул ножны с полуторным мечом и бросил их на стол. – Я могу понять, когда солдаты болтают про «счастливчика Рандо». Но не желаю слышать крестьянские суеверия от человека из Башни.
– Ты прав. Я не верю в приметы. Но они-то верят. И если это поможет им продержаться и выжить, значит, стоит подыграть. К тому же в какой-то мере эти «суеверия» справедливы. Мы вырвались из окружения под Альсом. Прошли большую часть юга.
