В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Ни чем иным, как зверской удачей, я это не назову. Как голова?
– Так же.
Огонек встал, налил в кружку воды, провел над ней рукой, заставляя нагреться, бросил щепотку трав. По комнате тут же разнесся отвратительный горький запах, и Рандо поморщился:
– Мне обязательно пить эту гадость?
– Тебе же вроде не нравится, когда с тобой разговаривают, как с «сопливым мальчишкой», – улыбнулся Юргон, протягивая лекарство. – Отвар поставит тебя на ноги.
Рандо взял кружку, сделал осторожный глоток и скривился:
– Вкус даже хуже, чем у пойла моего дядюшки, которое он называет вином.
– Я начертил план деревни. И ты, и Водер правы. Нам нельзя здесь оставаться, но продолжать путь мы тоже не можем. Поэтому, так как мы здесь, я хочу соорудить парочку магических сюрпризов для гостей. Вот здесь, здесь и здесь. – Огонек попеременно ткнул испачканным чернилами пальцем в импровизированную карту. – Хотелось бы еще три поставить вот на этот участок, но, боюсь, сил уже не хватит.
– Твои метки пригодятся.
– Да, – кивнул маг, вставая. – Я займусь ею прямо сейчас.
– Постой. – Рандо поставил опустевшую кружку. – Возьми с собой несколько человек.
– Конечно. Ты решил, что делать с пленными?
– Пока нет.
– Имя Ходящей из Башни они назвали правильно.
– Его можно было от кого-то услышать, – пробормотал «леопард», чувствуя, что веки наливаются свинцом.
– Можно… Если не возражаешь, я хочу с ними поговорить.
– Конечно. – Рандо, не удержавшись, зевнул. – Слушай… что ты мне… подмешал в это… пойло?
Юргон улыбнулся:
– Два нара сна пойдут тебе на пользу.
Рыцарь не ответил. Уронив голову на руки, он спал.
Глава 3
Га-нора и Лука привели в один из домов, но вскоре тот понадобился солдатам и, с благословения жреца Мелота, которому, кажется, было все равно, что происходит, их заперли в храме, напоследок предупредив – любые попытки досадить охране закончатся плохо.
– Как думаешь, долго еще они будут вести себя по-идиотски, лопни их жаба? – спросил Лук, которому недоверие своих казалось страшно оскорбительным и, кроме того, доставляли огромное неудобство связанные руки.
– Не знаю, – безразлично проронил Га-нор. Он сидел, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги. – Они могли бы повесить нас без всяких разговоров.
Стражник недовольно повозился, кряхтя сел рядом:
– Хорошо хоть ноги не связали. Думаю, можно даже не спрашивать у этих любезных господ про ужин.
