В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Затем пришел Рован и… остальное, как вижу, ты знаешь."
"– Я предполагала, что без Могильного Червя здесь не обошлось. Что же. Ты достойна своей учительницы. Жаль, что она так и не поняла, какова Митифа на самом деле.
– Никто не понял, – «утешила» ее Корь. – Ни ты, ни Рован. Знала только Аленари.
– Ты лгала мне, что нельзя связаться с Сестрой Сокола. Мне стоило убить тебя, когда была такая возможность.
– Но ты ее упустила. Хотя… тебе еще представится такой шанс. Если, конечно, ты наберешься смелости и придешь.
– У тебя слишком большое самомнение. Жаль, что ты не излечилась от него после Радужной долины.
– О нет! Со временем мое самомнение лишь возросло до небес. Особенно после того, как Тальки больше не мешает мне. Мой потенциал не так уж и плох. Чего не скажешь о тебе, бывшая подруга.
Тиф посмотрела на черноволосую девушку с ненавистью.
– Я, в отличие от тебя, никогда не играла роли дур.
«По крайней мере, до тех пор, пока я не восстановлю „искру“», – закончила она про себя.
– Ты придешь. – Глаза Серой мышки стали холодными и колючими. – Я уверена в этом. Дочь Ночи не сможет удержаться. Позволь мне рассказать тебе одну историю, Тиа.
– Я не желаю тратить на тебя время!
– Ну тогда потрать его на Ретара, – пожала плечами Митифа и, видя, как собеседница вздрогнула, продолжила: – Ты, конечно, помнишь, почему меня назвали Корью.
– Разумеется! – с величайшим презрением ответила собеседница. – Дети…
– Да, дети, – с каждым звуком красивые глаза Митифы приобретали все более и более стальной цвет. – Первая ступень. Нам нужны были книги из Долины. И мы считали, что там мало кто остался. Но малышей не вывезли. Тупые учителя! – Ее красивое лицо исказила судорога. – Жадность заставила их задержаться. Они не могли бросить свое барахло! И первая ступень, за которую Ходящие были ответственны, осталась в школе.
– Ты лжешь! – крикнула Тиф, мгновенно позабыв о спокойствии. – Он никогда бы…
– Не убедил тебя убить Сориту? – едко улыбнулась Корь. – Полно. Ты же знаешь о его способности заставить кого угодно сделать что угодно. Ведь ты не хотела убивать Мать. Тогда, среди бледных подснежников, ты единственная из нас до последнего колебалась, не зная, на какую сторону встать. Пока не появился он.
