В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
"
"– Не скажу, что мне и уцелевшим Избранным понравилась такая «легкая трепка». – Аленари потянулась к чему-то невидимому Тиа и затем показала обломок стрелы со знакомым наконечником. – Тот человек промахнулся чудом. Ты хотела меня убить. Я это знаю. И не прощу. Ты ответишь, как только я окажусь рядом с тобой.
– Думаю, ты мне ничего не сделаешь.
– Что заставляет тебя так считать?
– Лепестки Пути, Сестра Сокола. Лепестки Пути. Я нашла разгадку. Тот мальчик-Целитель, что был со мной, подсказал мне верное решение.
– Не говори ерунды! И ты, и он были слишком слабы…
– Ерунда? – Тиа скривила губы. – Я здесь, а вот ты все еще в Долине. Почему? Уверена, у тебя ничего с ними не получилось.
Аленари помолчала, аккуратно положила стрелу на бумаги и внезапно предложила:
– Приходи. Поговорим.
– Не сейчас. Но я обдумаю твое приглашение. И когда придет время, расскажу секрет. Только тебе.
– Чего ты хочешь?
– Сущую малость – голову Митифы на блюде. Ее жизнь в обмен на тайну Лепестков.
Оспа вновь замолчала, и на этот раз тишина была невыносимо долгой.
– Она важна в нашей войне. После победы – ты получишь ее жизнь.
– Я никуда не тороплюсь. Свяжись со мной, когда решишь, что вы победили.
– «Вы»? Ты отошла от дел?
– Временно. Сейчас меня больше занимает творение Скульптора и мальчишка-Целитель. Так что сражаться вам придется без нас.
– Стой! – Аленари вскинула руку, удерживая Тиф от разрыва плетения. – Еще одно. Тот человек убил моего зверя. К секрету Лепестков тебе придется добавить и его жизнь.
– Без проблем. Где сейчас Рован?
– Он покинул Альсгару, оставив возле города часть своей армии. Синее пламя начало жечься. Я подумаю, что можно сделать с Митифой. Как представится случай – позову. Береги себя.
Зеркало померкло и водой пролилось в лежащую на земле хвою. Тиф задумчиво тронула пальцем искусанные губы. «Береги себя». Ну надо же! Сестра Сокола думает, что Тиа теперь может перемещаться по миру, точно блоха по собаке. И опасается, как бы кто-то ее не прибил, а вместе с ней и бесценный секрет.
Насколько Аленари сдержит слово? Неизвестно. Но она не станет ничего предпринимать до тех пор, пока не получит знание. Которого у Тиф пока нет.
Проклятая постояла еще немного, просчитывая свои шансы на победу, а затем направилась назад.
К костру.
Глава 18
Аленари аккуратно положила испачканное перо на край чернильницы и, еще раз медленно перечитав написанное, убрала в конверт.
