В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Глаза йе-арре злобно вспыхнули, и он произнес уже не столь доброжелательным тоном:
– Мы помогли, когда вас спеленали, словно котят!
– Вы протянули руку помощи. И только, – сказала Рона, выходя из-за наших спин. – Неужели ты считаешь, что Ходящая и Огоньки не справились бы с такой угрозой? Даже будучи в сетях.
Йе-арре степенно поклонился:
– Доброго дня вам, госпожа. Простите мои резкие слова. Мы горды и счастливы встретиться с одной из Башни. Я Йагул из Ветреного гнезда клана Огня. Для нас честь быть рядом с вами.
– Каких слов ты ждешь от меня, Йагул из Ветреного гнезда? – сухо спросила девушка. – Ведь мы теперь враги.
– Госпожа ошибается. И то, что мы уничтожили напавший на вас Снежный клан, тому подтверждение. Мы не на стороне врагов Империи.
– С чего бы это? – с издевкой спросила Тиф. – Вам не понравилось, как Чахотка и Сжегшие душу обошлись с вами?
– Ты много знаешь. – Невысокий Йагул пронзил Проклятую взглядом. – Но не ведаешь, что старейшины моего клана не вступали в войну.
– Тогда что вы здесь делаете? – Рандо недобро хмурился и не спешил убирать меч в ножны.
– Сражаемся. Как и вы. В моем народе раскол. Те, кто стоит в тени Проклятых, отныне не с нами. И нам не будет покоя, пока все предатели не рухнут с небес! – Он на мгновение расправил огромные крылья и вновь сложил их за спиной. – Мы ищем небольшие отряды и уничтожаем их. В том числе и набаторцев.
– Хочется верить. – Кальн, не скрывая своего отношения, сплюнул на землю. – Но что-то не получается. Ты сам должен знать, что после предательства на ваш народ тяжело полагаться.
– Я понимаю ваше недоверие, – смиренно сказал летун, хотя в его глазах это смирение отсутствовало напрочь. Крылатое племя всегда было гордым, тщеславным и вспыльчивым. – Но взываю лишь к голосу вашего разума. Мы бы не стали ввязываться в бой и терять своих друзей, не будь мои слова истиной.
– Пусть так, – согласился Рандо. – Но вы так и не сказали, что вам нужно от нас.
Йагул обернулся за поддержкой к своим товарищам, дождался кивков и нехотя проговорил:"
"– Нас осталось слишком мало. Мы и другие хотели бы присоединиться к вам. У крупного отряда гораздо больше шансов прорваться на север. К своим. Три полка моих братьев уже там. Сражаются. Мы тоже хотим принять участие в следующих битвах.
– И другие? – нахмурилась Рона.
