В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Миновало пять минок томительного ожидания, прежде чем Га-нор произнес:
– Никого.
– Слава Мелоту, – выдохнул Лук. За время знакомства с северянином он привык доверять его чутью. Поэтому поспешно разрядил арбалет и спрятал его от влаги в провощенную кожу.
Не разговаривая, они взяли лошадей под уздцы, вывели их обратно на дорогу и забрались в седла.
– Значит, тебе вновь показалось? – Лук не выглядел недовольным. Понимал, что осторожность полностью оправдана. При малейшем подозрении северянина они искали укрытие, и дважды это спасло товарищей от набаторских патрулей.
– Я слышал лошадиное ржание, – неохотно ответил сын Ирбиса.
– Думаешь, в здешней глуши кроме нас есть кто-то еще?
– Не стал бы я называть эти места глушью. Клянусь Угом, близко деревня.
– Да ну?!
– Дым. Чуешь?
Лук втянул носом воздух, но запах мокрой лошади забивал все остальные.
– Может, ты услышал звуки из деревни? – неуверенно протянул солдат.
– Не мели ерунды.
Га-нор, в который раз за день, снял капюшон, подставляя лицо под холодные струи дождя. Последнее время он почти не спал. Еще пара дней – и северянин начнет совершать ошибки. А они приведут прямиком в ледяные чертоги Уга.
– Кажется, нам все-таки придется найти тебе горячего шафа, а мне соломенную подстилку. Следует выспаться, – принял решение следопыт.
– Первая хорошая новость за неделю! – обрадовался Лук. – Сам посуди, холода не за горами, а у нас кроме плащей никакой теплой одежды.
Сын Ирбиса скорчил мину. Денег было мало. Вряд ли кто-нибудь продаст зимнюю одежду за медь и мелкое серебро.
Лошади, словно почувствовав скорый отдых, пошли быстрее.
Прошло не так много времени, когда Га-нор вдруг резко остановился, спрыгнул с седла и стал пристально изучать землю.
– Что там? – нетерпеливо поерзал стражник.
– Следы. Много конных.
– Уверен? – Лук не представлял, как в такой жиже можно что-нибудь разобрать.
– Проехали чуть больше нара назад.
– Наверное, это крестьяне, – солдату не хотелось расставаться с мыслью об отдыхе.
– Крестьяне ходят пешком. Или, если повезет, едут на разбитой телеге, запряженной старой клячей. – Га-нор вскочил в седло и развернул лошадь. – Вернемся назад. К лесу. Пойдем по нему. Если не будем мешкать, через несколько дней увидим Слепой кряж.
Но возвратиться друзья не успели.
Стук копыт пришел с той стороны, откуда они приехали.
