В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Кто-то окликнул и поинтересовался, есть ли у них шансы. Приходилось односложно отвечать. Лука он нашел возле колокольни. Стражник резался в кости с самим собой.
– Бездельничаешь?
– Я жутко рад тебя видеть, лопни твоя жаба! – улыбнулся тот.
– Ты ставил на мое возвращение, – догадался Га-нор. – И сколько монет съел твой бездонный карман?
Лук сделал вид, что обиделся, сгреб с доски кости, убрал в потертый кожаный мешочек.
– По-твоему, я не могу радоваться возвращению живого друга, что ли?
– Ну отчего же? – усмехнулся в густые усы следопыт.
– Ставки! Как ты мог так подумать обо мне?! – не унимался Лук, надувшись, точно индюк. – Какие в Бездну ставки, когда денег ни у кого почти нет, лопни твоя жаба! Пяток медяков и одна серебряная монета – это разве выигрыш?!
Сын Ирбиса сочувственно цокнул языком. Лук в ответ протянул товарищу меч:
– Держи свою железку. Никто на нее не позарился. На самом деле грех было не поставить. Я-то знал, что для тебя такая прогулка – плевое дело.
– Отора?
– Полковой жрец. По мне, так еще тот жук. Говорит складно, а глаза хитрющие. Так что?
– Ничего хорошего. Дорога перекрыта. В лагере полно набаторцев.
– И еще колдун, забери его говы, – зло сплюнул солдат себе под ноги.
– Белый мертв.
– Ну, ты и силен, братец! – уважительно и несколько недоверчиво протянул Лук. – Как тебе удалось…
– Не мне. – Га-нор с озабоченным видом покосился на снижающееся солнце.
Стражник булькнул и округлил глаза:
– К-к-о-о-му?!! Прок…
– Тихо! Пошли. Найдем рыцарей. Время уходит.
Его слушали в гробовом молчании. Водер задумчиво поглаживал бороду, то и дело многозначительно поглядывая на племянника. Рандо, еще более уставший и осунувшийся, чем прежде, сидел прямо на полу, положив меч поперек колен. Рыцаря вновь знобило, а глаза жгло так, словно неведомые создания кололи их изнутри добела раскаленными иглами.
Юргон с каждым словом Га-нора становился все угрюмее, а его левое веко начало предательски дергаться. Он постарался справиться с этим, но получилось неважно. Было видно, что маг раздавлен новостью.
– Если все, что мы услышали, правда, северянин, то неприятности серьезней некуда. – Голос у Водера был зловещим. – Клянусь честью, очень не хочется тебе верить. Не могло быть ошибки?
– Он верно ее описал.
