Из восемнадцати позиций с самыми разнообразными активами Светловых, она отметила пять: три — именно те, что были нужны для нашего плана перепродажи союзникам, остальные два не представляли особой ценности. Впрочем, даже их можно было спокойно пустить с молотка, не нарушая приличий.
Параллельно наши законники под руководством старшего поверенного денно и нощно трудились над договором с Юматовым. Род простецов официально переходил под нашу защиту, отдельным пунктом шло соглашение о совместной коммерческой деятельности, включая охранные услуги.
Подписание назначили на вечер перед передачей собственности Светловых."
"Накануне я вновь навестил Степана Юматова в его конторе. Он сидел за массивным дубовым столом, заваленным бумагами, и вместе с нашим поверенным вносил последние правки. Пришлось под благовидным предлогом отправить поверенного выпить кофе и взбодриться.
— Что-то случилось, княжич? — Степан поднял на меня внимательный взгляд, отложив перо. — Или как теперь следует обращаться — Юрий Викторович?
Я сел в кресло напротив:
— Как удобнее.
Мы же, кажется, уже перешли на «ты»? В официальной обстановке — конечно, по этикету. Но здесь… — я обвёл взглядом уютный кабинет с дубовыми панелями. — Здесь можно сохранить простоту.
— Добро, Юрий Викторович, — он усмехнулся. — Чем могу быть полезен?
Наклонившись вперёд, я понизил голос:
— Есть один вопрос… Не даёт покоя. Помнишь того Светлова, что приходил за взрывчаткой? Те самые детонирующие артефакты для обрушения сводов?
Степан замер, в глазах мелькнуло понимание:
— А, ты про этот случай… — он откинулся на спинку кресла, потирая подбородок.
— Знаешь, я как раз об этом думал. Раз уж становимся союзниками… Может, смогу помочь. Пару мыслей появилось.
— И каких же? — нетерпеливо спросил я.
— Есть у нас один интересный прибор, — Степан встал и подошёл к массивному сейфу. — Анализатор магических контуров. Определяет разрывы в защите, отклонения от стандартной схемы.
Пока он возился с замком, я не отрывал взгляд от стальной двери.
Степан извлёк продолговатый футляр из чёрного дерева и вернулся к столу.
— Как это работает?
— Понимаешь, контуры защит стандартизированы, — объяснил он, открывая футляр. В бархатном ложе лежал прибор, напоминающий карманные часы на серебряной цепочке, с циферблатом, испещрённым руническими символами. — Подключаешься к любому накопителю, включённому в защитный контур, обычно это кристаллы у потолка или пола. Прибор выводит проекцию схемы и отмечает отклонения.