Вечеринка под звёздами у Императорского двора оставила Елизавету Алексеевну впечатлённой и взволнованной. После полуночи она вернулась к себе в покои, несомненно уже готовясь к следующим приключениям. В этот раз сюжет перенесёт читателей на новый уровень загадочности и опасностей, где они окажутся непосредственно среди действующих лиц исторического ритуала, о котором Елизавете не было позволено узнать раньше времени....
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И поскольку мурза без раздумий отломил кусочек хлеба, обмакнул его в соль и также вкусил, у меня стало на одну проблему меньше. Видимо, серьёзные разборки со мной вступать никто не собирался. Что уже настраивало на вполне дипломатичный лад.
Далее мы проследовали по тенистой аллее внутрь сада. Для нас накрыли небольшой столик с яствами прямо на траве, недалеко от фонтана, как раз внутри той самой стеклянной беседки, которую я разглядел с воздуха. Журчание струй воды и пение птиц настраивало исключительно на благодушный лад.
Когда я говорил про скромно накрытый стол, я лукавил. Чего там только не было: многочисленные мясные блюда, из которых я узнал плов и несколько видов вяленой и копчёной конины и баранины, был суп, выпечка и множественные десерты, засахаренные фрукты, медовая пахлава и ещё горки, неизвестно чего, политые мёдом. И посреди всего этого великолепия стоял пузатый золотой самовар.
Алиса принялась ухаживать за нами, разливая чай и подкладывая самые сочные кусочки в тарелку гостю. Ухаживала она в белом платье, расшитом синей вышивкой, и поверх платья была накинута полупрозрачная синяя же накидка с поясом; волосы её скрывал платок, также расшитый цветами, а в ушах блистали сапфировые серьги. При этом я бы сказал, что платье было сшито настолько по фигуре, насколько это возможно: при прогибах я буквально видел очертания её округлых бёдер, а при передаче мне всевозможных сладостей лиф её платья больше демонстрировал форму груди, чем скрывал.
От Олега Ольгердовича я знал, что не следует вкушать пищу, пока мурза не прочитает молитву. Потому я степенно ожидал, пока Латиф Сафарович прочитает посвящение, демонстративно не прикасаясь к еде.
