Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
Раздел Chitat.online для книги «Жрец Хаоса. Книга IV» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"Жрец Хаоса. Книга IV
Глава 1
Её Императорскому Высочеству Елизавете Алексеевне дозволено было находиться на приёме в честь совершеннолетия её старшего брата лишь до полуночи. Просмотрев красочное иллюзорное шоу, завершившееся фейерверком, от Иллюмовых и Миражевых, Елизавете Алексеевне пришлось отправиться к себе в покои.
При этом девочка была так взбудоражена прошедшим мероприятием, а также возможностью открывать сие мероприятие вместе с братом, что эмоции её переполняли. Финальный аккорд в виде фейерверка только разбудил её детскую душу, подпитав ураган эмоций, и без того плескавшийся там. Её непоседливая натура со всем возможным пылом была возмущена несправедливостью: почему её уже отправили отдыхать, в то время как праздник ещё должен был продолжаться не менее четырёх-пяти часов?
— Фрау Листен… — в который раз попробовала принцесса приступить к уговорам.
— Нет! — получила тут же короткий и безапелляционный ответ.
— Ну пожалуйста! Одним глазком!
— Нет! — снова отказала гувернантка, разбивая детское сердце.
— Но они там… а я здесь!.. Несправедливо!
Фрау Листен пришлось приложить немало умений для того, чтобы успокоить девочку и смягчить её обиду. Однако же в какой-то момент принцесса заупрямилась и проявила воистину Пожарский характер. А именно: она остановилась, посмотрела на фрау своими большими глазами и с абсолютно спокойным, несвойственным подростку голосом сообщила, сменив тактику:
— Фрау, я всё понимаю. Когда-нибудь наступит и моё время. Но сейчас, когда моя мать и мой брат находятся там, позвольте мне хоть немного побыть с ещё одним дорогим для меня человеком.
Фрау Листен даже замерла после этих слов, не смея представить, о ком заговорит принцесса.
— Кого вы имеете в виду, Ваше Императорское Высочество?
— Я имею в виду отца. Проведите меня, будьте добры, в крипту. Туда-то мне, я надеюсь, ещё можно?
Вместе с фрау Листен принцессу охранял десяток гвардейцев Пожарских. Отчего-то прямо посреди приёма императрица приняла решение об усиленной охране младшей дочери, хотя до того фрау спокойно справлялась в одиночку с любыми опасностями в отношении девочки. Возможно, повлияло и недавнее попадание принцессы-подопечной в башню. Но фрау гнала от себя подобные мысли и очень надеялась, что не утратила доверие императорской семьи.
Поразмыслив буквально несколько секунд, гувернантка всё же приняла решение не отказывать принцессе в столь малой просьбе. Насколько ей было известно, крипта находилась в глубине сада, вдали от празднеств, а потому никто не должен был встретить их там. С учётом опять же выделенного десятка охраны, фрау решила согласиться.
— Хорошо, Елизавета Алексеевна. В столь светлый праздник я бы хотела, чтобы у вас тоже были приятные воспоминания.
