Сиэтл на пороге Новолуния: Бринна Галлахер подпрыгивает от радости, получив приз на конкурсе кондитеров. Внезапно звонок из ресторана сообщает ей о втором и третьем местах — и теперь ее жизнь становится еще более загадочной и опасной.
Шей попятился назад и встряхнулся, как будто это действие могло заставить его мозг — или глаза — работать. Игра света? Он растерялся.
— Зеб.
— Что?
Это сработало. Боги ответили на его просьбу. Зеб был свободен. От накатившей тоски, сердце и горло Шея сжалось, голос стал хриплым.
— Твоя метка исчезла.
С выражением шока на лице Зеб коснулся своей щеки.
— Метка Херне?
Шей чувствовал пустоту в том месте, где была их связь.
— Какого хрена…? — лицо Зеба потемнело. — Ты попросил об этом. Чтобы наша братская связь была разорвана.
— Да. Ты нужен Брианне, — прошептал Шей. — Прости, брат…
— Да пошел ты.
Кулак врезался ему в лицо, и Шей приземлился на задницу. Он пошевелил челюстью — пульсирующая боль не могла соперничать с той, что была внутри.
— Черт возьми, я…
— Заткнись, мать твою.
Шей приготовился к новому удару.
Когда Зеб посмотрел вниз, ярость в его черных глазах исчезла. А потом он рассмеялся.
— Пощупай свою щеку, брат. — Шей коснулся своего лица холодными пальцами.
Связь, которую он потерял, была не братской — эта связь осталась, золотая нить между ним и Зебом. Вместо этого он ощущал легкость там, где тяжесть клятвы Богу охоты покоилась внутри него. Шей изучал свои огромные руки.
— Он оставил меня кахиром.
Ухмылка Зеба была белой вспышкой на его темном лице.
— Думаю, он позволит нам сражаться за него. Но мы можем создать другую связь.
— Я… — у Шея перехватило дыхание. Будущее расстилалось перед ним, почти пугающее своей открытостью, словно он свернул с узкой горной долины на равнину. Он мог видеть все от горизонта до горизонта, ноги сами несли его куда угодно.
— Ну, теперь мы знаем, почему Мать отказала. У них была другая идея. Интересно, спорили ли они из-за этого? — Глаза Зеба весело блеснули.
Шей опустился на колени, несмотря на промерзшую землю.
— Мне нужна минутка. — Сколько лет его клятва определяла его жизнь? Как теперь ему собраться с мыслями?
Зеб сжал его плечо.
— Обернись, брат, пока не замерз. Пока ты тут думаешь, я поохочусь и организую нам завтрак. — Он повернулся и понюхал воздух, прежде чем вприпрыжку скрыться в лесу.
Шей смотрел ему вслед. В конце концов, почувствовав холод под голыми коленями, он обернулся в волка. Пока облака плыли по бледно-голубому небу, он наблюдал за усиливающимся сиянием солнца на востоке.
