Зимнее Сердце — это острый роман в жанре СИ, где Локи страдает за свои страшные поступки. После того как он выдает королевский титул за личную выгоду и насилие, Один лишает его преступного профиля. Вместо него он приобретает роль заклейменного предателя и самозваного короля. Теперь Локи должен изменить свою судьбу, отказаться от теней мести и войти в мир, где смерть стала обычным делом....
- Твоя нога еще не восстановилась. Зачем вы сюда вышли? Тут нет ничего, кроме снега и старых деревьев, - подхватив шкуру, он перекинул ее через локоть и, хмурясь, повернулся к Тони.
- Вот именно. Деревья, - улыбнулся он. - Мне нужна древесина, чтобы сделать лук. Это неотъемлемый материал, так сказать.
- Лук.
- Я обещал Клинту сделать лук, который компенсировал бы ему руку, - пояснил Тони, поднимаясь и отряхивая ноги от снега. Озноб давно пробирал кожу, но ощущать его он начал только сейчас. - Я все равно осмотрюсь.
- Нет.
Тони моргнул.
- Прости, что?
Локи сверкнул глазами.
- Ты невероятно склонен к несчастным случаям. Ты же упадешь в воду, или что-нибудь такое же нелепое и невероятное. Я устал от спасения шкуры, твоей и их. Возвращайся в дом и лечи ногу.
- Слушай, я не спрашиваю твоего разрешения или помощи, - заспорил Тони, складывая руки на груди в защите от разыгравшегося ветра. - Может, тебя и удовлетворяет коротать дни во тьме, зализывая раны и жалея себя, но мне нужно занимать себя чем-нибудь созидательным.
Может быть, он немного преувеличивал с таким ответом, но это он был здесь узником, которому сказали, куда не надо ходить, а теперь ему вообще приказывают, потому что это удобно Локи. Тони может с ухмылкой выдержать не очень большое количество такого бреда, прежде чем начнет злиться.
- И твоя цель - создать лук, - ехидно выдал Локи. В его глазах вспыхивали злые искорки. - Часто ты создавал оружие, чтобы скоротать время?
Тони рассмеялся до слез. И не знал даже, с чего вдруг.
- Бывало, - выдавил он наконец, потирая уголок глаза кулаком. - Ага. Бывало. Хотя тут мало что можно соорудить, - он почти ожидал, что Локи уберется отсюда или снова разозлится для разнообразия, но он лишь взглянул на грудь Тони, где через красную рубашку светился атомный реактор. Теперь, когда его рубашка была наполовину расстегнутой, почти видимый. В тот день, когда он вытаскивал реактор и оставлял его болтаться на груди, он потерял в снегу пуговицы и футболку.
- Ты это сделал, - больше утверждение, чем вопрос, но Тони кивнул, ожидая неизбежного. Что он делает? Как он там оказался? Не больно? Где твое сердце? Все то же самое спрашивала Пеппер, когда он почти два месяца назад возвращался к цивилизации на машине.
- Ты болен?
Брови Тони взлетели.
- Нет.
