Автор
Пятнадцать дней — вот сколько выстояло поселение из десятков миллионов человек, когда свет вырубили. Успехом всё это считают жителями только до тех пор, пока они не осознают, насколько быстро город трансформируется в арену битвы за жизнь и силы. В каждой двери — инстинкт самосохранения, каждое движение соседа — риск биться с другими за остатки необходимых ресурсов. Осталось ли время на планомерное изгнание, или уже слишком поздно задумываться о спасении?...
Вот прямо остро не хватало! Или, может, у меня банальный авитаминоз? Хотя вряд ли… Капсула исправно снабжала меня пищевыми рационами с неплохим набором полезных веществ. Но мало ли, вдруг?"
"Впрочем, возможно, всё куда проще. Может, я истинный сын своего народа? И во мне просто живёт глубоко зарытый медведь, который считает, что зимой надо спать, а не бегать туда-сюда, как ужаленный? В конце концов, больше всего я печалился из-за того, что снова придётся ночевать в спальнике, а не в своей тёплой мягкой кроватке.
А может, я просто устал? Ведь мог же, да? Наверно, даже такие живчики, как я, иногда устают. Это только в книгах герои по два-три года мотаются неизвестно где, но сохраняют брызжущий во все стороны оптимизм и полноту сил, без перерыва рубя чудовищам головы одной рукой и соблазняя красоток другой. Или, может, они не рукой это делают? Да неважно!.. А я-то нормальный человек. И я уже заколебался бегать с разными «квестами» по окрестностям города, в котором хотел бы просто жить-не тужить.
Впрочем, если глянуть по сторонам — вывод напрашивается сам собой. Все мои товарищи устали. Даже Мелкий, вон, возмущался, что его, честного пролетария, заставляют в крестьяне идти. И делал он это как-то без огонька, чисто для проформы.
А ведь всей этой суете ни конца, ни края не видно! Ещё и на японцев поход задумали…
Больше всего хотелось плюнуть и гордо отказаться! Но каким-то неведомым образом я умудрился стать одним из доверенных лиц у Кукушкина.
И они тоже уставали. Но если у новичков сил ещё хватало, то «старички», похоже, окончательно сдулись. Слишком много дорог нам пришлось… Нет, не пройти — хуже! Протоптать!
В общем, спуск по реке я воспринимал как шанс перевести дух. Сидишь себе, греешься у костерка, поглядываешь по сторонам на всё ещё зелёные побеги, торчащие из снега, на стада животных, бредущие вдали — и отдыхаешь.
Помогать в управлении плотом я не собирался. И своим всем запретил: это не наши плавсредства, вот пусть хозяева ими и рулят. Мы тут только пассажиры. Нападения японцев я тоже не боялся: добраться сюда пешком они бы вряд ли смогли.
Была ещё скука, которая начала одолевать почти сразу… Но это как раз нестрашно! Скуку всегда можно скрасить, травя рудокопам байки про свои приключения, болтая с Мелким, да и просто прикладываясь к фляге.
